Жертвоприношение под Красным: сибиряков довели до слёз новым столичным развлечением

Новосибирский «Первый театр» представил спектакль-променад «Время ожидания истекло», в котором зрители не сидят на одном месте, а постоянно передвигаются от сценки к сценке. Необычная постановка создана специально для Новосибирска в модном формате: иммерсивный театр — это когда между зрителями и артистами нет никаких границ, и порой зрители становятся чуть ли не самими участниками происходящего. «Время ожидания истекло» — спектакль про нашу современную жизнь, в которой ещё вчерашний абсурд из знаменитых литературных антиутопий незаметно оборачивается сегодняшней реальностью и становится обыденностью. Здесь каждая новая сценка становится если не страннее, то уж точно страшнее предыдущей, а зрители, смеющиеся минуту назад, начинают вздрагивать, словно в темноте дотронулись до чего-то мокрого, лохматого и живого. «Первый театр» поставил спектакль-променад «Время ожидания истекло» в популярном театральном формате — иммерсивный театр. В такой постановке зрители ничем не отгорожены от актёров, а бывают и вовсе вовлечены в постановку. В общем, такое модное концептуальное действие. Причём концептуальность начинается чуть ли не со входа: пришедшие на спектакль попадают через неприметную кирпичную будку и спускаются глубоко под землю. Театр начинается с вешалки. Театр-променад, или как его ещё окрестили — «бродилка», соответственно, должен начинаться с вешалки-бродилки: спустился в гардероб, повесил одежду, взял номерок и броди вокруг в ожидании, пока соберутся все 50 зрителей (столько пускают на одно представление). Только потом вас поведут группой, словно туристов в загранпоездке, к месту начала всего действия. Необычную театральную постановку сделали специально для Новосибирска. Поставила её творческая группа из Питера: молодой, но уже известный в театральном мире режиссёр Алексей Забегин и драматург Владимир Антипов. Оттолкнулись от знаменитой пьесы «В ожидании Годо» одного из родоначальников театра абсурда, нобелевского лауреата Сэмюэля Беккета. Оттолкнулись и создали своё. Но не менее абсурдное и вполне в беккетовской атмосфере. В самом начале спектакля голос за кадром — специально приглашённый Владимир Лемешонок — предупредил зрителя: «Сегодня не будет театра абсурда. Сегодня будет театр-променад. Вместе мы отправимся в постапокалиптический мир, где не случился апокалипсис, вместе мы отправимся в мир, где пессимизм и оптимизм похожи как братья близнецы». И действительно: абсурден ли этот спектакль — ещё можно поспорить. Зрители вслед за проводниками-девушками в модных свитшотах передвигаются по пустой «Подземке» от одного театрального эпизода к другому: отдельные сценки умело переплетены режиссёром между собой. Кстати, в театре хотели сделать проводниками харизматичных дедушек, но не нашли необходимую четвёрку. Почти в каждом эпизоде, если уж разобраться, абсурда не намного больше, чем в нашей сегодняшней жизни. Где, как кажется, белое уже давно поменялось местами с чёрным, а ещё вчерашние литературные антиутопии стали настольными книгами, по которым сильные мира сего расписывают себе распорядок дня на день завтрашний. После прозвучавшей во всех СМИ истории о полицейских, которые изнасиловали прямо на рабочем месте свою коллегу, новелла о двух стражах закона, которые повздорили за место возле Иисуса Христа, кажется менее абсурдной и почти настоящей. Резко бьёт по голове только первый эпизод: возникла необходимость ради всеобщего прославления труда принести в жертву самого типичного представителя этого труда — слесаря. От выбранного кандидата, по сути, уже ничего не зависит, хотя он пытается сопротивляться происходящему бреду. Но нет, печи уже затоплены и зрители чувствуют жар буквально своими спинами: уличный обогреватель в углу включён на полную мощность. После сценки про слесаря с талантливо-органичным в этом бреду актёром Владимиром Казанцевым, дальнейшие режиссёрские «удары» воспринимались уже не так остро. Ты словно привыкаешь к регулярному постукиванию по черепной коробке здравомыслия невидимым молоточком в виде очередной порцией абсурда. Тук-тук... Что? У очередного героя спектакля вместо пениса — краб? Бред больного воображения автора или какая-то метафора? Зрители смеются: кто-то облегченно, словно пережил серьёзное заболевание, кто-то нервно. Смеются и передвигаются вслед за девушками-проводниками дальше. Кажется, ну вот эта сценка точно должна порадовать легкостью и юмором: это же вроде стендапер вышел к зрителю. Значит будут шутки. Но нет: русский стендап, как русский бунт — беспощаден и под баян. И совсем без шуток. Снова становится страшно от навалившейся беспросветности. Во всех смыслах. Особенно когда в одном из эпизодов доведённые до отчаяния женщины Иудеи начинают скандировать: «Ирод — вор!». Один из участников постановки «Время ожидания истекло», PR-менеджер «Первого театра» Валентин Копалов сравнил спектакль с сериалом «Чёрное зеркало», из которого убрали все фантастические технические навороты. И это, пожалуй, самое удачное сравнение, понятное для широкого зрителя. Только в этом сериале не так много сезонов: «Время ожидания истекло» идет всего два дня в месяц, по два спектакля в один вечер. Следующие — уже в декабре и январе. «Я такого ещё не видела. Пожалуй, последние эпизоды спектакля самые сильные были. Спектакль о нашей жизни. Грустно было. И открытием для меня стал Владимир Казанцев», — поделилась своими ощущениями от увиденного Екатерина. «Спектакль такой противоречивый для меня. Буду думать», — заметил проходивший мимо корреспондента НГС.АФИША другой зритель. «Для меня это эксперимент. Я в таком жанре не работал. Интересно было, классно. О чём спектакль? Да ни о чём… Мы живём, на что-то надеемся. К чему-то стремимся. На самом деле это такое фуфло, если честно, никому не нужное. Надо просто жить», — заметил актёр Владимир Казанцев после премьеры. «Раньше нам было достаточно чёрного хлеба, разбавленного вина, а теперь нам нужен салат, суп, котлета, греча, компот», — звучит в одной из финальных сцен спектакля. И в какой-то момент от осознания безнадёжности на глаза наворачиваются слёзы и по-настоящему становится страшно: если в современном мире всё будет продолжаться как есть, то уже завтра недостаточно будет попугать зрителя эпизодом про сжигание слесаря, артиста придётся умертвить по-настоящему. Читайте также: «То трусики забудет, то пальто»: скандальная поэтесса разоблачила изменщиков и слабых женщин Жестко и правдиво: сибиряки узнали себя в провокационных стихах, но засмущались.