Как вредный жук сгрыз все ясени: разбор с учеными

Это не просто жук-вредитель, а настоящая международная преступница, подчистую уничтожающая ясени в разных странах мира. Родина — азиатские страны и Дальний Восток. Оттуда она, плодовитая и прожорливая, попала в США и Канаду, а потом разлетелась и по всей России. Наши коллеги из 161.RU поговорили с учеными о ясеневой изумрудной узкотелой златке, из-за которой, например, Ростовская область уже лишилась 320 гектаров деревьев и в ближайшем будущем потеряет еще несколько сотен. Эксперты считают, что зараженные ясени спасти нельзя, потому что жук, по сути, довел их до «перитонита». Самый лучший способ борьбы, по мнению опрошенных, это вырубка больных деревьев. Но лучший он только на сегодня, а не вообще. Есть и другие методы, но они сейчас настолько неразвиты, что, пока мы будем ждать их прогресса, златка доест всё, что еще не успела. Откуда взялась? Изначально изумрудная ясеневая узкотелая златка (Agrilus planipennis Fairmaire) жила в лесах Кореи, Китая, Японии, Тайваня, Монголии и Дальнего Востока, говорят во Всероссийском центре карантина растений (ВНИИКР). Более двадцати лет жука случайно завезли в США и Канаду, где он уничтожил 20 миллионов деревьев. — Этот инвайдер* естественно обитает на нашем Дальнем Востоке, в Китае и так далее. В Москве ее впервые достоверно обнаружили в 2003 году, а в США (в Мичигане) — в 2002-м, — рассказывает кандидат биологических наук, заслуженный лесовод России Юрий Гниненко. — К ним она попала с бобинами кабеля из Китая, а к нам, скорее всего, с древесиной ясеня для мебели. За эти годы она и у нас, и у них уничтожила местные виды ясеня. Особенно неустойчивы к ней именно американские виды, а у нас очень популярен в озеленении ясень пенсильванский. Дальневосточные виды устойчивы, и златка их не уничтожает. Гниненко Юрий Иванович — кандидат биологических наук, заслуженный лесовод РФ, кавалер ордена Дружбы, заведующий лабораторией защиты леса от инвазивных и карантинных организмов Всероссийского научно-исследовательского института лесоводства и механизации лесного хозяйства (ФБУ ВНИИЛМ). Ростовский зоолог-энтомолог Роман Романчук отмечает, что златка в родной Восточной Азии действует совершенно иначе, можно сказать, как санитар. — Там она заселяет местные виды ясеней и выполняет функцию потребителя отмирающих частей растений, не нанося ущерба лесному хозяйству. А вот за пределами естественного ареала ведет себя как мародер. На своей родине — Дальнем Востоке — златка сосуществует с местными видами ясеней очень долго: деревья давно научились выделять защитные смолы и «запечатывать» личиночные ходы, а численность жука сдерживают естественные враги. В Ростовской области же у местных ясеней (обыкновенного, белого и пенсильванского) нет иммунитета к вселенцу, а у вселенца нет естественных врагов. Освобожденная от сдерживающих факторов, златка размножается бесконтрольно и методично уничтожает свою кормовую базу. Роман Романчук — зоолог‑энтомолог, кандидат биологических наук, преподаватель кафедры зоологии Академии биологии и медицины имени Ивановского ЮФУ. Выбрав дерево, жуки откладывают личинки — примерно 300 детей на один квадратный метр ствола, говорят во ВНИИКР. Одна златка приносит 60–90 личинок — как раз они и наносят основной вред. В процессе роста они едят ясень изнутри, отчего он однозначно погибает. Личинки питаются камбием и лубом — слоями, по которым питательные вещества идут от кроны к корням. Если это подкорье уничтожается, дерево голодает и через 2–4 года умирает. Взрослые же златки в основном обгрызают листья дерева. Это тоже вред, но не такой сильный, как от личинок, поясняют специалисты ВНИИКР. Если снять с зараженного ясеня кору и посмотреть на нее в разрезе, вы увидите множество извилистых ходов, забитых древесной пылью. Она появляется, когда вредитель прогрызает себе дорогу в стволе. Летное отверстие, которое видно на стволе невооруженным глазом, имеет форму латинской буквы D. Чтобы обнаружить присутствие зеленого жука, рассказывает Роман Романчук, применяют различные ловушки, в том числе феромонные. Еще используют так называемые ловчие деревья: искусственно ослабленные деревья привлекают златку, позволяя ее обнаружить. В августе 2024 года Россельхознадзор объявлял, что очаги златки на тот момент обнаружили в 12 регионах России: Белгородской, Брянской, Владимирской, Воронежской, Липецкой, Калужской, Курской, Тверской, Волгоградской, Ростовской областях, Краснодарском крае и Луганской Народной Республике. После этого ведомство не обновляло данные по регионам, но из СМИ известно, что в разное время златку находили в Алтайском крае, Астраханской, Нижегородской, Орловской, Пензенской, Саратовской, Самарской, Тамбовской, Тульской, Ярославской областях. По данным на сентябрь 2025 года, златка заселила 5,2 миллиона гектаров по России. Златка в Ростове и области В Ростовскую область ясеневая златка могла попасть из Московской области, говорит директор Ботанического сада ЮФУ Татьяна Вардуни: — Мы уже много лет говорим о том, что ясени в Ростовской области ни в коем случае нельзя высаживать. Мы наблюдали перемещение златки из средней полосы, потому что там лесополосы из ясеня уже давно поражены этим вредителем. Соответственно, сейчас можно говорить о том, что распространение будет продолжаться дальше. Под угрозой находится Кавказский биосферный заповедник и многие другие ценные реликтовые территории. Юрий Гниненко также прогнозирует, что следующим местом, куда высадится златка, станет Северный Кавказ. Татьяна Вардуни — директор Ботанического сада Южного федерального университета, кандидат биологических наук, профессор кафедры генетики Академии биологии и медицины имени Ивановского ЮФУ. В Ростовской области златка живет с комфортом уже давно — десять лет. Просто до этого на нее не обращали внимания, говорит ростовский эколог Ирина Черкашина. Массово о «ростовской» златке стали писать после того, как ее, так сказать, представил широкой аудитории губернатор Юрий Слюсарь в августе прошлого года. Он рассказал, что на тот момент вредитель успел уничтожить на Дону 320 гектаров ясеней — это ущерб на миллиарды рублей. До этого зеленому жуку было посвящено только несколько пресс-релизов на сайтах регионального управления Россельхознадзора и ростовской администрации. Черкашина Ирина Федоровна — директор общественной организации «Экоправо», эколог и кандидат географических наук. Ранее была соучредителем Центра содействия экологическим инициативам «Экомост». — Могу сказать, что [вырубка деревьев] — это вынужденная мера, — говорит Ирина Черкашина. — Никто не обращал внимания, а деревья болели уже десять лет. Вырубка — единственный вариант, потому что уже довели до состояния, когда численность златки неуправляемая. Она перелетает с дерева на дерево и убивает целые плантации. Вот мы в парке ДГТУ наблюдаем, как вырубили все ясени. Энтомологи нам показывали: если пятнадцать этих дырочек на дециметре, то дерево уже не подлежит восстановлению. К чему может привести массовая вырубка ясеней? Эколог предостерегает, что из-за нее повысится уровень нагрева города, потому что этих деревьев очень много и на улицах, и в парках. В Ростове златкой заселены все ясени, сказала на мартовской пресс-конференции начальник управления благоустройства и лесного хозяйства Ростова Татьяна Сапрыкина. Поэтому в городе придется вырубить 433 гектара — это 20% от всех деревьев Ростова. В частности, уничтожат почти всю Соловьиную рощу, потому что она почти на 90% состоит из ясеней. Первый очаг нашли осенью 2023 года в Кумженской роще. С тех пор их обнаружили в Щепкинском лесу, Змиевской балке, Лелюшенковском лесопарке, на территории Можайских прудов, в Парке авиаторов и на Левобережной улице. По области ясени тоже заражены, говорит эколог Ирина Черкашина. Как она поясняет, эпидемия ясеневой изумрудной златки шла по стране с севера на юг, дойдя до Ставрополя. По данным Татьяны Вардуни, площадь поражения ясеней по области составила около 400 гектаров: — Но я думаю, что при скрупулезном анализе эти цифры могут увеличиваться. Все насаждения так или иначе будут поражены. Мы не ждали, что златка исчезнет в результате холодной зимы. Во-первых, у нас уже давно не бывает зим с большими отрицательными температурами. Во-вторых, она выдерживает температуру до 30 градусов мороза. В региональном Минприроды редакции 161.RU дали иные, но близкие цифры по зараженным ясеням: на март — 225,2 гектара. При этом ясень, по данным министерства, занимает в области 14,6 тысячи гектаров. А доступный фонд лесовосстановления сейчас равен 29,7 тысячи гектаров, то есть по этим цифрам нельзя сказать, что если вырубить все больные ясени, то область «облысеет». Но конкретно в Ростове городской фонд лесовосстановления составляет 72,9 гектара — это прогалины и пустыри. А мы помним, что под вырубку пойдет 433 гектара, так что контраст очевиден. Оценить сумму ущерба, который жук причинил региону, получится после лесовосстановления, а пока невозможно, говорят в Минприроды Ростовской области. Ростову компенсируют уничтоженные деревья? Такие планы есть. Для восстановления деревьев доступны, как мы выше говорили, прогалины и пустыри. Но Татьяна Сапрыкина отметила, что участки, которые пойдут под вырубку, очень значимы для города и экологии, так что, скорее всего, они и будут в приоритете при компенсационных посадках деревьев. По ее мнению, ясень можно заменить кленами и дубами. Последние отлично приживаются в нашем регионе. — Но сейчас все бросились выращивать в питомниках хвойники, а про лиственные породы забыли. Это неправильно. Хвойные деревья не подходят для нашей климатической зоны. Поэтому есть определенный дефицит саженцев. Саженцы из питомников средней полосы России нам тоже не подходят. Сейчас мы возлагаем в этом плане надежды на наш Ботанический сад, который начал работы по выращиванию саженцев для нашего города. Мы тоже хотим их использовать для восстановления наших лесов, — говорит Сапрыкина. По словам Татьяны Вардуни, есть проблема с саженцами и Ботаническому саду нужен свой питомник. — Мы потеряли большую часть ясеней, и теперь необходима замена породным составом: тополями, платанами, робиниями, которые хорошо себя зарекомендовали в условиях засухи. Проблема с ясеневой златкой только подчеркивает важность создания собственного питомника при Ботаническом саде ЮФУ. Для решения острой проблемы с посадочным материалом нужен питомник, который сможет производить до 10 тысяч деревьев и 60 тысяч кустарников в год. Это позволит отказаться от закупки неадаптированного материала из других регионов и Европы, что часто приводит к завозу вредителей, таких как ясеневая изумрудная узкотелая златка. Егор Елизаров, дендролог и руководитель компании «Лесной доктор», предупреждает, что не стоит вырубать деревья все сразу: — Нельзя [рубить] массово и одномоментно. Постепенно породозамещение какое-то можно производить, но резко, конечно, нет. По его словам, одно время ясень массово сажали по стране, потому что это быстрый способ озеленения. Рубить, привить или натравить врагов? В сентябре прошлого года в одном из скверов Пензы привили зараженные златкой деревья. Использовали двухкомпонентную вакцину: одна часть убивает златку, вторая — помогает дереву восстановиться. Занимались этим активисты на деньги местных предпринимателей. 161.RU узнал у экспертов, стоит ли этот опыт распространить как минимум на Ростов, как максимум — на всю страну. Но ученые скептически отнеслись к теме прививок. — Инъекции — это очень дорого, это возможно только в частном саду. А спасти десятки тысяч деревьев, которые у нас в Ростове, инъекциями невозможно. Это для частного предпринимателя, который во дворе очень хочет у себя сохранить деревья, — объясняет Ирина Черкашина. — Бороться нужно биологическими методами, то есть искать биологических врагов и проводить генетические исследования, чтобы вывести породу ясеня, которая для златки будет непригодна. Советник генерального директора по научному обеспечению АНО «Древо жизни», кандидат биологических наук Владимир Дмитриев тоже не видит особого смысла в химической обработке деревьев: — В городских условиях средства химии сложно применять, так как действуют жесткие ограничения. Обработка отдельных деревьев — довольно дорогое мероприятие, обрабатывать насаждения и парки невозможно. Сейчас активно развиваются биологические меры борьбы на основе биопрепаратов, различных паразитов и других естественных врагов златки. Но это пока носит экспериментальный характер. Зараженный ясень не сразу сигнализирует о болезни, и это приводит его к терминальной стадии. — [Златка] начинает заселять его с вершины. И середина, и низ кроны остаются зелеными. И всем жалко рубить такое дерево. А когда всё дерево погибнет, то это значит, что уже два или даже три поколения златки на нем размножилось и разлетелось заселять другие деревья. Проведение внутристволового инъектирования деревьев эффективно, но у нас нет разрешенных для этого препаратов, и если в Пензе это делали, то это или нарушение, или некий эксперимент. Но систематически такую работу проводить нельзя — надо сначала препарат нормально зарегистрировать, — объясняет Юрий Гниненко. По его словам, есть и другой способ уничтожения прожорливого жука — это, собственно, другие жуки, которые питаются златками. Говоря языком науки, энтомофаги. — Коллеги из США, как только там златка начала вредить, приехали к нам на Дальний Восток, изучили энтомофагов в местах естественного обитания златки, выбрали три вида эффективных энтомофагов, привезли их к себе, создали завод по их производству и выпускают в очаги златки. И только параллельно с этим проводят инъектирование. Это сокращает ущерб от златки, но если она пришла, то теперь не уйдет обратно, теперь она всегда будет у нас. Поэтому надо создавать систему защиты ясеня от златки на основе применения ее энтомофагов, — уверен Гниненко. — Они есть, мы их изучали, знаем, какие и как применять. Именно этим и занимаются в США. Но у нас нет заказчика для выполнения таких работ, так как нет и единой системы содержания озеленительных посадок. Роман Романчук считает, что лечить ясени бесполезно, так как инъекции инсектицидов не спасают зараженные деревья, а нужны только здоровым. В качестве примера естественных врагов зеленого жука Романчук привел два вида дальневосточных ос-наездников — Spathius galinae и Tetrastichus planipennisi. — Их намеренный завоз в Ростовскую область — это научно обоснованная мера, которую активно предлагают ученые. Однако для ее реализации нужны годы исследований и согласований, а эффект наступит далеко не сразу, — говорит Роман Романчук. Его коллега Татьяна Вардуни рассказала, что есть специальные инсектициды, которые надо вводить прямо в ствол ясеня или проливать на большую глубину почвы. — Понятно, что это можно делать для спасения какого-то единичного дерева, но для массивов эта методика не может быть масштабирована. К сожалению, в данной ситуации такие меры малоприменимы. Либо это естественные вредители златки, какие-нибудь биопрепараты, но здесь тоже вопрос не одного года, а, возможно, нескольких лет, и это нужно изучать. В любом случае внедрение в окружающую среду организмов, которые не были ей свойственны, тоже может приводить к различным нарушениям в биоценозе с плохо просчитываемыми последствиями. Конечно, биологические меры борьбы в перспективе тоже будут рассматриваться, — рассуждает Вардуни. Что делают с вырубленными деревьями Когда на определенном участке специалисты установят все очаги с жуком, то происходит следующее: посадочный материал сжигается или перерабатывается в щепу размером строго до 2,5 сантиметра;больные ясени спиливаются у основания;древесные отходы и лесоматериалы или сжигаются на месте (либо рядом), или закапываются на глубину от одного метра. Если три года подряд в карантинной зоне нет живых златок, значит популяция уничтожена и карантин можно снимать. Роман Романчук всё же рекомендует сжигать остатки деревьев. Тут лучше обратиться к компетентным организациям. P. S. Исходя из того, что рассказали ученые, сейчас остается только вырубать больные ясени, несмотря на существование иных способов борьбы. Главное, чтобы в Ростове это было поэтапно, с замещением другими породами. * Инвайдер, или инвазивное насекомое, — это вид, занесенный за пределы его естественного обитания. В новых регионах он размножается и вредит местной экосистеме.