Россияне ностальгируют по советской экономической модели

Исследование Центробанка об «экономических ценностях россиян» неожиданно оказалось не столько про экономику, сколько про коллективную память и воображение. Если коротко пересказать выводы, то значительная часть респондентов мечтает о модели, где страна — это большая самодостаточная фабрика, производящая всё, с почти безграничными ресурсами и государством, которое держит цены за горло, чтобы не росли. В качестве эталона — Советский Союз (иногда в паре с современным Китаем), а в качестве антипода — США, которые, по мнению опрошенных, живут на «финансовых пузырях». Картина получается почти учебная: идеальная экономика — это индустриальный суверенитет, контроль над ценами и недоверие к частному бизнесу, чья «жадность» якобы и является главным источником инфляции. В этой логике государство выступает не арбитром, а главным регулятором всего — от производства до ценников на полках. Об этом MSK1.RU говорит с экспертами. «Советская модель могла бы эволюционировать в китайскую» — Легкая ирония здесь в том, что описанная модель больше напоминает не реальный СССР, а его «версию из воспоминаний»: без дефицита, с полной самодостаточностью и эффективным управлением, говорит экономист и политолог Андрей Бунич, гендиректор международного фонда «Содействие предпринимательству». — Почему, на ваш взгляд, возникает такая тяга к советской модели? — Причина в значительной степени ностальгическая. Это во многом идеализация. Многие люди ведь в советское время не жили или не помнят его в деталях, поэтому для них это скорее некая сказочная конструкция. Как условная Шамбала: место, о котором все слышали и куда хочется попасть, но реального понимания, как там всё устроено, нет. — То есть это скорее миф, чем осознанный выбор экономической модели? — Да, в значительной степени. Люди не знают, как на самом деле была устроена советская экономика, какие там были механизмы, ограничения, проблемы. Они улавливают не детали, а общее ощущение — что была некая система, которая казалась более устойчивой и понятной. Люди не могут точно описать модель, которую хотят. Если их попросить, они скажут про ту самую «страну-фабрику». Но за этим стоит ощущение, что в прошлом была утрачена определенная экономическая устойчивость. И это ощущение сейчас возвращается. — Вы имеете в виду тренд на экономическую замкнутость? Или, как теперь правильно говорить, на «технологический суверенитет». — Сегодня в мире становится очевидно, что выживают крупные экономические системы — такие как США, Китай, Россия со своим окружением. Надежда исключительно на международную кооперацию уже не выглядит надежной стратегией. И люди это чувствуют, даже если не могут объяснить. В эпоху глобализации это сглаживалось, казалось, что можно полагаться на внешние связи. Сейчас мы видим распад глобализации прямо на наших глазах. И сейчас все в мире понимают, что только единые народнохозяйственные комплексы могут выжить. — Но почему тогда возникает именно образ СССР, а не какой-то современной модели? Например, иранской? — Потому что это ближайший исторический пример. Люди чувствуют, что когда-то уже существовала система, где страна была автономной, сильной в промышленности, науке, технологиях. Они не помнят деталей, но помнят результат: космос, энергетика, высокий уровень науки. — В исследовании Центробанка также упоминается Китай как аналог или продолжение «идеальной» советской модели. Вы согласны с такой интерпретацией? — В определенном смысле, да. Китай во многом продолжил ту линию, которая могла бы развиваться и в СССР при другом управлении. Если бы советская система эволюционировала более гибко, мы могли бы получить нечто похожее на китайскую модель. Может быть, несколько полиберальнее. Причем исторически так и было: СССР, КНР — это два пути в рамках одной, единой, международной системы социализма. — А вот, например, Иран, который уже почти полвека существует под санкциями и вынужден сам справляться со всеми проблемами? — Иран — это совсем другая история. Да, там есть элементы опоры на собственные силы, но это несопоставимо с масштабом и структурой советской экономики. Советская система была всё-таки основана на централизованном планировании. СССР был мощной индустриальной системой с развитой промышленной базой. В этом смысле сравнение некорректно. Ирану далеко до Советского Союза, он даже рядом не стоит. «У людей украдено нечто большее» А вот, например, председатель наблюдательного совета некоммерческой организации Института демографии, миграции и регионального развития Юрий Крупнов с Буничем не согласен. — Я не считаю, что это ностальгия. По сути, если говорить грубо, то 40 лет понадобилось населению Российской Федерации с начала перестройки, чтобы осознать смысл того, что было создано в Советском Союзе. А в Советском Союзе была создана хозяйственная, хозяйственно-экономическая система, которая с точки зрения результата — интегрального качества жизни человека — была абсолютно конкурентоспособна. Да, по уровню жизни — что тут обсуждать — советский человек условно имел половину того, что имел американец. Но с точки зрения других показателей — стабильности, занятости, безопасности, уважения к человеку — это проявлялось в том, что люди отдыхали на морях, в санаториях, принадлежавших заводам, что людям давали бесплатное жилье и так далее. По всем этим параметрам интегрально, как минимум, советский человек имел то же мировое качество жизни, что и американец. — Судя по результатам соцопроса Центробанка, люди крайне негативно настроены к американской экономике и американской модели жизни. Это следствие пропаганды? — Люди понимают: речь не об Америке как таковой. Люди понимают, что попытка пересадить американскую модель в наши условия по факту привела к негативным последствиям. Потому что Америка — это совершенно отдельная система, где государство очень сильно и серьезно всё регулирует. А пересаживание этой модели на наши условия привело к абсолютному беспределу, к формированию крупного капитала, к «обденеживанию» всех отношений в стране — вплоть до самых личных, интимных. Люди поняли, что на самом деле Америку сюда, в наши реалии, пересадить нельзя. — А как насчет китайской модели? — Китайская модель нам тоже не подойдет, потому что Китай фактически обеспечил сверхэксплуатацию своего населения, локализуя западные технологии. Сейчас это сильно его подняло, но здесь есть потолок, потому что нужно разрабатывать собственные технологии, а здесь возникают проблемы. — Значит ли это, что нужно возвращаться к советской модели? — Конечно, речь не о том, что надо восстановить советскую экономику в чистом виде. С одной стороны, очень многие говорят: русские никогда не жили так хорошо, как сейчас. И действительно — машины, квартиры, одежда и так далее. Но главное в другом: да, русские никогда не жили так хорошо, как сейчас, но при этом люди понимают, что украдено нечто большее. Потребительскую дыру закрыли, но украдено будущее детей, полноценное образование, наука и так далее.