Геннадий Ветров, юморист, писатель-сатирик, заслуженный артист России: «На сцену нужно выходить в кураже!»

Двадцать с лишним лет назад Геннадий Ветров впервые вышел на московскую сцену. Его тогда пригласили выступить в программе «Шире круг». Вот только у создательницы и художественного руководителя передачи Ольги Молчановой не нашлось времени, чтобы заранее отсмотреть номер Ветрова. Он еще спросил: «А вдруг народу не понравится?» «Не понравится – вырежем из эфира», – «успокоили» его. И он вышел и спел зрителям свои куплеты про перестройку, которая в то время только начиналась. После выступления зрители не захотели отпускать Ветрова со сцены. – Геннадий, значит, Москва встретила вас с распростертыми объятиями? – Не то слово! То был не просто успех, это был фейерверк для артиста! Тем более для начинающего. Геннадий Анатольевич Ветров родился 18 ноября 1958 года в городе Макеевка Донецкой области. Его папа сменил профессию шахтера на парикмахера, а мама работала в госторговле. Окончил Московский инженерно-технической институт и получил диплом по специальности «теплогазоснабжение и вентиляция». Служил под Донецком в батальоне особого назначения. Капитан запаса. В 1988 году Ветров окончил актёрско-режиссёрский курс эстрады ЛГИТМиКа. Начиная со студенческих лет, участвовал с сольными номерами в сборных юмористических концертах. Работал в театре «Буфф», гастролировал в США, Швейцарии, Германии, Франции. Несколько лет работал в Германии самостоятельно. В 1992 году дал 33 сольных концерта в США. Участник телепрограмм «Шире круг», «Аншлаг», «Рояль в кустах», «Смешные люди», «Весёлые картинки» (авторское шоу Ветрова совместно с Юрием Гальцевым на ОРТ). Геннадий Ветров женат. Есть дочь Ксения от первого брака. – Никогда после этого не возникало желания вернуться в Макеевку? – Если только в гости. У меня там папа живет. И друзей много осталось. – Кстати, о друзьях. Когда я готовилась к нашему интервью, все знакомые просили меня узнать, почему вы перестали выступать в дуэте со своим другом Юрием Гальцевым? – Потому что мы с ним друзья и однокашники, но мы не эстрадная пара. Мы не Олейников и Стоянов. Мы не «Чай вдвоем». Мы самостоятельные творческие единицы. Мы даже живем в разных городах! У Юры сейчас другие приоритеты и другие планы, у него свой Театр эстрады в Питере, свой театральный курс в Ленинградском театральном институте. Наши с ним творческие планы завязаны на предложениях со стороны. Если выпадает возможность выступить вдвоем, мы это делаем и получаем удовольствие от таких выступлений. Радует, что зрители тоже наслаждаются при этом. – Геннадий, говорят, вы знакомы с известными клоунами мира. Можно перечислить их для наших читателей? – Одни из самых известных в мире клоунов – это наши российские «Лицедеи». Они популярны во всем мире. Но со многими из них я знаком лишь шапочно, мы знаем друг друга в лицо и здороваемся. С кем у меня дружеские отношения, так это с клоуном Беллой. Был такой дуэт когда-то – Белла и Пикс. Так вот я даже как-то был у Беллы в гостях. Вы знаете, побывать в клоунском доме – это, конечно, сказка. – Какие перспективы у жанра клоунады в России, на ваш взгляд? – Несмотря на то что клоуны – так называемый штучный товар, перспективы хорошие, жанр живет и побеждает. Самое удивительное, что в современной отечественной клоунаде девчонок много. Не каждая женщина соглашается выглядеть смешно и глупо. А те, кто соглашается, не всегда могут по-настоящему веселить. – А как вы характеризуете свой жанр? У вас ведь есть номера, построенные на клоунаде… – К сожалению или к счастью, к жанру клоунады я прикасался только вскользь. Не знаю, получил ли удовольствие этот жанр от меня, но мне понравилось. Вообще же могу сказать, что в свое время, когда я еще работал в Америке, понял, что отношусь к жанру, который называется one man show – «человек, который делает шоу один». Что именно он делает в этом шоу, уже второй вопрос. Благодаря такому синтетическому жанру я стараюсь разнообразить программу. – Вы говорите «человек, который делает шоу один», а как же театр «Ветреные люди»? – Дело в том, что у каждого в творчестве есть различные ответвления. Сначала я работал один и получал, кстати, от этого колоссальное удовольствие. Потом стал работать с супругой. Так получилось, что ради меня ей пришлось бросить и свой родной город и профессию танцовщицы. Тем не менее ее любовь к шоу и командный дух никуда не делись, и в один прекрасный день она говорит: «А давай одного мальчика к нам возьмем, чтобы у нас не так скучно было?» Взяли мальчика. Потом: «А давай еще одного мальчика возьмем, чтоб поярче было?..» Еще взяли. Потом: «А давай еще?..» Потом, что называется, Геннадий вошел во вкус. Теперь в моей команде 15 человек, включая директора, звукорежиссера и двух музыкантов. Правда, пару лет назад, когда настали непростые времена, я был вынужден отпустить ребят на вольные хлеба. Они самодостаточные люди, у каждого из них есть свое дело, свое направление, своя работа: один – клоун-диджей, второй – ведущий-корпоратор, третий – прекрасный баянист и универсальный артист… Но как только я зову их выступить со мной, они откладывают свои работы на второй план. И мне это приятно. – В гостевой книге на вашем сайте видела заявление поклонника, жаждущего работать в команде «Ветреных людей». Но ему ответили, мол, спасибо, не нуждаемся. Попасть в ваш коллектив, судя по всему, нелегко? – Вы знаете, я бы пригласил всех и с удовольствием расширился, если бы у меня была репетиционная база и была бы возможность постоянно играть спектакли, которые у меня есть в наличии. Вот тогда я бы стал рассматривать кандидатуры. А у меня и так все в свободном плавании. Как я могу кого-то брать, если пока неизвестно, что им обещать? – Но планы-то хоть на ближайшее будущее известны? – В самом ближайшем будущем у нас будет премьера: я сделал для пятерых своих артистов специальную полуторачасовую программу интернационального характера. Недавно мы закончили ее репетировать и собираемся показать зрителям. – Вы стали редко выступать со своей женой Кариной. Чем она сегодня занимается? – Вы правы, мы действительно стали редко выступать вместе. Последние пару лет я работаю сольно. Повторюсь: возить на гастроли целый коллектив по нынешним временам нерентабельно. Хотя иногда я все же привлекаю Карину к участию в некоторых проектах. Но у нее сегодня много другой интересной работы: она репетирует в новом мюзикле, снимается в таких программах, как «Битва за эфир», «Одна за всех», «Бункер» и других. У нее также был большой проект с Хазановым. – А правда, что ради вас Карина отказалась стать участницей группы «Блестящие»? – Было дело. Когда из блестящих ушла Жанна Фриске, Карину пригласили на кастинг. Она неплохо поет, поэтому вполне могла бы выступать в группе. Но я сказал: «Не хочу ломать тебе карьеру, но выбирай...». Каринка два дня поплакала, но выбрала меня. Мне это, конечно, польстило, но с тех пор чувствую себя не то что должником… Но, слава Богу, Карина вполне успешна и без «Блестящих». Она сама по себе блестящая, вернее, блистательная личность. Карина была фотомоделью, танцевала в шоу-балете, увлекается восточными танцами. К юмору она не очень тяготеет, хотя предрасположенность у нее есть. Мне за нее никогда не будет стыдно. У нее хороший вкус. Она молода и фонтанирует идеями. У нас в семье разделение: она – огонь, я – огнетушитель. – Геннадий, а где вы вообще нашли такую красивую и артистичную жену? – Я как-то выступал в одном питерском университете. Карина была студенткой и участвовала в самодеятельности. Она вышла на сцену, загримированной под Киркорова, но впечатления на меня не произвела. Нас познакомили, а на следующий день мы встретились в сборном концерте. Дальше будут подробности, более понятные мужчинам. Карина наклонилась, чтобы завязать шнурок, а мой взгляд, естественно, был направлен снизу вверх. Смотрю – а ноги все не кончаются... Потом она встала, повернулась ко мне лицом, и я понял: «Это моя половинка!». Но я Карину еще долго завоевывал, потому что у нас большая разница в возрасте – 19 лет. Когда мой папа узнал, что у меня такая молоденькая избранница, сказал: «Сынок, ты давно не изучал свой паспорт...». – Видимо, чувство юмора вам от отца досталось? На кого из родителей вы больше похожи? – Внешне – однозначно на маму, а внутренне – сто процентов на папу. У меня все мысли папины. С каждым годом я убеждаюсь в этом все больше. Вот и с моей дочкой Ксюшей мы близки по духу, но совершенно не похожи внешне. Я у нее «воскресный» папа, мы живем в разных городах. Сейчас Ксении 18 лет, она очень умная и тоже не мыслит своей жизни без театра. Собирается поступать в театральный. – Геннадий, а сколько бенефисов за вашими плечами? – Смотря что называть бенефисом. Если рассматривать бенефис как действие, то за жизнь у меня их было семь-восемь, а если брать бенефис как телевизионное шоу, то таковых четыре. – Кто придумывает вам номера? – Практически все я делаю сам, хотя иногда все же прибегаю к помощи профессионалов. Одно время, примерно в течение лет пяти, я работал с соавторами, некоторые отдельные шутки просто покупал у умных людей. – Есть ли ограничения? Каких людей, каких пародий вы играть никогда не будете? – Я стараюсь не шутить на серьезные, больные темы, что-то связанное с болезнями или уходом из жизни. Стараюсь эти темы обходить. – Геннадий, у вас есть номера-пародии на Копперфильда. А вы с ним лично не знакомы? – Знаком! Одно время я подрабатывал ведущим в ночном клубе, одном из самых больших клубов Питера. И первые российские гастроли Копперфильда были организованы как раз людьми, которые держали этот самый клуб. Когда он прилетел, хозяева задумали устроить ему вечер отдыха. И говорят мне: «Слушай, ты так на него похож! Давай сделаем пародию?» Я спрашиваю: «А вдруг ему не понравится?» Учредитель сказал: «Не понравится – мы тебя быстро за город вывезем!» И вот мы сделали для него шоу. Сначала выступала наша художница по костюмам Татьяна Парфенова, потом было два балетных номера, а последние полчаса перед Копперфильдом выступал я. Помню, клуб атаковали журналисты, которые пытались во что бы то ни стало взять у него интервью, задать хотя бы пару вопросов. Но он категорически заявил: «Пока не отсмотрю до конца русского Копперфильда, никуда не уйду!». Потом он подошел ко мне за кулисы, оставил свой автограф на буклете с общей программой, отметил, что выступление было «супер», пригласил меня на свой концерт и дал несколько билетов в VIP-ложу. Говорят, что Дэвид Копперфильд не любит фотографироваться, но со мной он сделал несколько снимков. Было видно, что человеку действительно понравилось наше выступление. А мне понравилось, что ему понравилось. С той поры номера-пародии на Копперфильда в моей программе закрепились. – Долго ли приходится репетировать фокусы? – Смотря какие. Если фокус технически сложный, то долго. К тому же, я ведь ненастоящий фокусник. Понятно, что все это только пародии. Тем не менее пытаюсь не только дурачиться, но и сделать так, чтобы один раз народ по-настоящему удивился. Главное ведь – не только придумать фокус, но и реализовать его красиво. Мне самому больше нравятся абсурдные фокусы. Один из таких придумала Каринка: я достаю два платочка, долго их связываю, потом зажимаю в одну руку, а затем показываю зрителям, что в руке ничего нет. На самом деле я их незаметно выбрасываю. Но это надо видеть, на словах фокус, конечно, не впечатляет. – Скажите, а в каких городах России вы выступаете чаще всего и с чем это связано? – Чаще всего в последние годы я выступаю в Ростове, Ростовской области и на черноморском побережье – в Анапе, в Сочи, в Геленджике, в Адлере, в Черноморске. Дело в том, что в Ростове живут мои друзья – организаторы концертов. Они же организуют гастроли артистов на черноморском побережье. – Тяжело ли ремесло юмориста? – Любое ремесло является тяжелым, если профессия нелюбимая. Если профессия любимая, то все в радость. Даже жить с любимой профессией радостно. Мало того, я свою профессию выстрадал: сначала это было хобби, потом хобби переросло в профессию. Если ты получаешь удовольствие от выходов на сцену, то зрители тоже получают его как следствие. Самое главное – выходить на сцену в кураже. А над куражом тоже надо работать! – Как относитесь к скандалам в шоу-бизнесе? Сталкиваетесь ли с ними? – На самом деле я очень мирный человек. Хоть я и Ветров, но человек, в общем-то, не ветреный. Возможен лишь легкий бриз во взаимоотношениях с людьми. Но до урагана я дело не довожу и сам стараюсь в смерчи и во всевозможные катаклизмы не встревать.