«Сидела в декрете и плакала»: многодетная мама из Кемерова стала витражистом — ее работы в Нью-Йорке и Японии

Анастасии Зайцевой 38 лет — она жена и мама трех шаловливых мальчишек. А кроме того, один из немногих в Сибири мастеров по стеклу, который создает необыкновенной красоты витражи в несколько метров высотой, роскошные светильники и картины, которые покупают по всему миру. Ее работы выставляют на билбордах в Нью-Йорке, а завораживающими арт-объектами украшают выставки и рестораны. Как кемеровчанка стала всемирно известна с грудничками на руках, она рассказала редакции NGS42.RU.

Сейчас Анастасия — стекловар седьмого разряда и витражист с собственной мастерской в Кемерове. А 15 лет назад она была обычным офисным работником, душа которого требовала творчества. Только в 23 года она решилась поступить в художественную школу города.

Кемеровчанка с детства не сидела на месте: выжигала по дереву, плела украшения, вышивала. Как сейчас она предполагает, рукастость передалась по генам. Мама и старшая сестра вяжут и даже открыли свою линейку одежды в Новосибирске. Папа всю жизнь ремонтировал самолеты в кемеровском аэропорту, а вечерами создавал фигурки из металла. Анастасия же по окончанию школы пошла учиться на инженера.

— Я по образованию отработала только год и поняла, что бумажки — это не мое. Ушла в крупный холдинг менеджером. Работая там, пришла идея отучиться в школе искусств. Три года ходила на вечерние занятия и получила красный диплом. Именно там я впервые познакомилась с витражами. Мне стало интересно, читала, потом «хоп» — и уже стеклорез заказала, — вспоминает Анастасия.

Зайцева объясняет, что витражистов, которые в отличие от стеклодувов работают с холодным стеклом, в России мало. Когда она открыла для себя это дело, в Сибири не было ни одной крупной мастерской, тем более курсов. Женщине пришлось учиться всему самой. Несколько раз она ездила в Москву и Санкт-Петербург, где заходила к специалистам и просила «просто посмотреть за работой».

Когда горожанка вышла в декрет, она с головой окунулась в тонкости профессии художника по стеклу. Муж поддержал беременную супругу и соорудил ей на балконе мини-мастерскую.

— Помню, как сидела там с пузом и рыдала, потому что боялась сломать стекло. Так три года просто экспериментировала, ушла во второй декрет. Однажды о моем хобби узнали друзья, хотя я старалась не афишировать, и заказали у меня большой витраж. К тому моменту я могла резать всё что угодно. Практики было очень много, и я согласилась. Через две недели у меня была мастерская, — рассказывает сибирячка.

Второй сын был еще грудничком, когда появилась полноценная мастерская. Днем Анастасия посвящала себя материнству, а ночью, когда муж возвращался с работы, бежала творить. Женщина признаётся, что не справилась бы без супруга — он помог закупить дорогое оборудование и по сей день всё грузит, устанавливает и чинит. Поэтому и бизнес она называет семейным.

Во время третьей беременности дело женщины стрельнуло в соцсетях — разлетелось видео с ее настенными светильниками. За этой и другими работами стали приходить и заграничные покупатели: США, Япония, Австралия, Лондон и Франция.

— На меня идут как на мастера со своим видением и стилем. К примеру, у меня довольно плотная сборка — деталька к детальке. До санкций я хорошо котировалась за границей. У меня было лицензионное соглашение с Нью-Йорком на публикацию работ на рекламных билбордах, — отмечает собеседница.

В родном Кемерове также немало ресторанов и квартир с ее арт-объектами. Огромные витражи в храме святого Архистратига Михаила на проспекте Шахтеров — ее рук дело.

Самый дорогой проект, по воспоминаниям Зайцевой, стоил 500 000 рублей.

— В витраже было больше двух тысяч деталек. На самом деле их создание и сбор — это монотонный и достаточно скучный процесс. А если еще нет настроения, то это всё сопровождается порезами и поломками. Последнее, кстати, обиднее всего, потому что материал очень дорогой и труднодоступный, — объясняет женщина.

В России сейчас не производят художественное стекло, поэтому приходится приобретать из Америки через российских поставщиков. Затраты на материалы получаются огромными, учитывая доставку.

Одна из неудачных закупок едва не стала причиной закрытия дела. Больше 20 листов стекла на сотню тысяч рублей для крупного заказа пришли разбитыми в крошку.

— У меня руки опустились. Я два месяца в мастерскую не ходила, было невыносимо и морально тяжело. Хорошо, что у заказчика сдвинулись сроки строительства. Пришлось заново согласовывать и покупать стекло по цене выше. Сейчас выводы сделаны, страховку оформляю и она идет в счет проекта, но тогда хотелось всё закрыть и бросить, — говорит художница.

Несмотря на риски, в том числе появившиеся после введения санкций, Анастасия никогда не вернулась бы в офис.

— Я могла бы зарабатывать больше, но очень много времени трачу на творческие эксперименты. Такой я человек, мне нужно изучать новое, иначе наскучит. Недавно купила себе вязальную машину, стала сертифицированным Microsoft специалистом по программированию, освоила 3D-моделирование, сейчас интересуюсь нейросетями, — рассказывает многодетная мама.

Любовь к стеклу, кстати, передалась и троим сыновьям кемеровчанки — 11, 9 и 6 лет. Последние тоже стали «бизнесменами» и продают свои изделия на детских маркетах.

— Как-то сидели у меня и выложили из осколков монстриков, а я решила положить их в печь. Они пришли с ними на детскую ярмарку и стали там звездочками. У них и сейчас солдаут. Всю зарплату, конечно, забирают себе, — рассказывает горожанка.

Мама маленьких мастеров продолжает развивать бизнес. В этом году вступила в Комитет по развитию женского предпринимательства в Кузбассе, где с участницами делает творческие и социальные проекты. К примеру, собирается реставрировать советские витражи в городе.

Сейчас мастерица мечтает открыть горячий цех и выдувать стекло, но пока останавливает цена оборудования.

— Мне нужен рост. Когда я дохожу до потолка, мне становится неинтересно. Это когда достигаешь какой-то точки роста, и дальше хочется большего и большего, — отмечает Анастасия.