Школьнице, которая заказала убийство матери в Балашихе, вынесли приговор

26 марта 2023 года рядом с помойкой в Балашихе нашли труп женщины. Погибшей оказалась 38-летняя Анастасия — успешный риелтор элитной недвижимости. На камерах разглядели двух молодых парней: они тащили тело жертвы к мусорке. Спустя несколько дней обвинение предъявят ее 14-летней дочери: по версии следствия, она вместе с приятелем из интернета заказала убийство родной мамы. В понедельник, 17 февраля, стало известно, что суд в Подмосковье вынес приговор школьнице. Как выяснил MSK1.RU, девочка получила 9 лет лишения свободы и сейчас находится в колонии для несовершеннолетних под Можайском. Вместе с ней серьезные сроки получили трое парней, два из которых были непосредственными исполнителями жестокого убийства. На момент преступления всем им еще не было 18 лет. Люди в Сети называли Катю (имя несовершеннолетней изменено. — Прим. ред.) монстром и отправляли проклятия всем, кто убил женщину. Тем временем бабушка и дедушка, которые воспитывали девочку до 11 лет, не бросили ее и последние два года боролись за нее в судах. Мы связались с Маргаритой Ивановной — мамой убитой и бабушкой осужденной — и узнали, как она пережила смерть дочери, и почему после всего защищает внучку. Задушили и выбросили на помойку Убийство произошло в марте 2023 года. Двое подростков поджидали Анастасию в ее квартире. Когда та пришла, они накинулись на нее, избили и задушили. Хотели сразу же избавиться от трупа, но что-то пошло не так. Вынести тело получилось только через два дня — его завернули в простыни и выбросили у ближайшей помойки. В момент убийства 14-летняя Катя стояла вместе со своим другом у подъезда. По версии следствия, именно она была заказчицей жестокого убийства: предложила расправиться с мамой и забрать ее накопления — больше трех миллионов. Она же заранее впустила ребят домой. — Когда по телевидению появились первые передачи, все только и говорили: «Катя, Катя, Катя», — рассказывает бабушка. — Там сразу были выводы: она то, вот она это. А про мальчиков нигде не пишут, ничего про них не говорят. Они прямо ангелы. Одному из них, который непосредственно убивал, ему на суде задали вопрос: «Катя знала, что вы пришли убивать?» Он сказал: «Нет, она не знала». Незадолго до трагедии Катя познакомилась в интернете с мальчиком, друг рассказал о проблемах в семье и попросился пожить к ней. Мама доверилась дочке и разрешила, но парень задержался в гостях. Спустя почти две недели терпение матери лопнуло, и дома начались скандалы. Тогда, как установило следствие, 14-летняя Катя попросила своего интернет-друга найти тех, кто поможет ей «решить проблему». Не бесплатно, а за 350 тысяч рублей. — Можно сказать всё что угодно, но это не значит хотеть сделать, — говорит бабушка осужденной школьницы о выводах следствия. — Мое мнение: ребятам нужны были просто деньги. Всех их я видела на суде. Видела их мам — мне их жалко. Представляете, вы родили ребенка, растили его, растили, и в один день вам сообщают: «Ваш ребенок убил девушку». Шок какой-то, непонимание. Как с этим жить, как в глаза людям смотреть? По словам бабушки осужденной, во время следствия родители парней не связывались с их семьей. Мамы двоих подростков всё же предложили помощь и извинились, когда начались суды. Мать третьего за всё время так и не подошла к родственникам жертвы. — Они [мамы парней] и плакали, конечно, тоже, — рассказывает мать убитой. — У них свой крест, и он тоже тяжелый. Каждая мать, какое бы ни совершил ребенок преступление, всё равно будет его защищать. Я это прекрасно понимаю. Но простить такое не могу, это невозможно. «Кать, у тебя ж всё было. Как же так?» Анастасия родом из Волгограда. Там же свое детство провела ее дочь. Катю до 11 лет воспитывали бабушка с дедушкой. — Бывают дети, сразу видно — хулиганы. А она была домашняя, — говорит Маргарита Ивановна. — В Волгограде у нас ребенок был занят 24 на 7, училась хорошо. У нее была куча кружков и занятий: занималась танцами, хип-хопом, участвовала в соревнованиях. Из школы — на тренировку, домой пришли, уроки поучили, спать легли. Всё. А в Москве у нее ничего этого не стало… Сложности возникли, когда мама с дочкой уехали в Подмосковье. Казалось бы, Анастасия нашла прибыльное дело — занялась элитной недвижимостью, семья жила хорошо и ни в чем не нуждалась. Но чтобы содержать ребенка, покупать ей лекарства (у девочки сахарный диабет) и откладывать на лучшую жизнь, матери приходилось очень много работать. Отец, по словам бабушки, в жизни ребенка не участвовал: помощи не было ни моральной, ни финансовой. — Папа Кати не «отцовствовал». Он вообще отстранился. Да он и был отстраненный по жизни и до этой ситуации: не заботился о ней, не содержал, не помогал, — жалуется женщина. — Всё было на плечах моей дочери. Когда она перевезла ее к себе в Москву, ей приходилось и зарабатывать, и решать все вопросы. Мы, конечно, были на связи. В отпуск к ним приезжали, они к нам приезжали. Могли ли мы что-то заметить? Нет. Это очень сложно объяснить. Были мать и дочь, и были дедушка и бабушка. Отец девочки сейчас живет в Москве. По словам Маргариты Ивановны, он не приходил ни на следственные действия, ни в суды. Передачки в колонию для Кати организовывают тоже бабушка с дедушкой: приезжают из Волгограда или просят знакомых. Они уже пытались взять над подростком опеку, лишить отца родительских прав или добиться алиментов. Но всё тщетно. — У нас как? Можно быть отцом, иметь права на ребенка, но не заботиться о нем и не нести никакую ответственность. Я разговаривала с опекой, сотрудница к ней [внучке] в СИЗО ходила, — говорит она. — Ей не хватало любви, внимания, заботы. Особенно со стороны отца. Мать ладно, она целый день в работе, надо было зарабатывать на жилье и на всё. А со стороны отца вообще ничего не было. «Вы что еще одной смерти хотите?» Убийство молодой и успешной женщины потрясло многих. Под совместными с дочкой фотографиями в соцсетях Анастасии сотни комментариев, в том числе на иностранных языках. Большинство из них довольно жестокие: девочку называют «монстром», «демоном» и «сатаной». — Я там написала [на страничке дочери]: «Прошу оставить для нас с мужем на память эту страничку, освободить ее от ваших мыслей, домыслов и советов». Очень много негатива, люди пишут, мол, вот она мать завалила, а бабка и дед — такие-сякие. Смерть дочери сильно ударила по ним, призналась Маргарита Ивановна. Но внучку они не бросили. — Многие нас осуждают. Я хочу сказать так: я могу вам отдать свою обувь и свою шкуру, пройдитесь в них. Если вы выдержите — окей, я вам похлопаю в ладоши. Но это не вам судить. Если мы так поступаем, значит, мы знаем, почему мы так делаем, — объясняет она. — Для нас это был ад. Какой-то ад. У меня теперь нет самого главного в жизни — ребенка. Всё. Остальное всё мелочи. Это всё уже того не стоит. Жизнь самое дорогое, что дается человеку. Бог есть на свете. И каждый несет свой крест. Так что оставайтесь людьми. Нельзя быть такими жестокими. Прежде чем осуждать, окунитесь в нашу жизнь. Что будет дальше Маргарита Ивановна призналась, что сил обжаловать дальше судебные решения у нее нет. Два года они с мужем оплачивали адвокатов, катались на свидания и суды в Москву из Волгограда и старались обеспечить внучку лекарствами от диабета в условиях изоляции: — Это нам было тяжело, а для ребенка-инвалида невыносимо просто. Когда шли следственные действия, у нее было две комы. В камере ей никто не придет и не скажет: тебе надо вот столько лекарства вколоть, тебе нужно вот эти анализы. Я просила оказать помощь, мне говорили: «У нас на свободе-то не лечат, а вы хотите, чтобы в тюрьме». По словам бабушки, на условия в Можайской колонии жалоб у них нет. Кате дают необходимые медикаменты, она учится и ходит на кружки. — Всё уже устаканилось, — говорит она. — И мы уже немножко успокоились. Мы ее и поддерживаем, и общаемся, приезжаем и возим передачки. Мы Катю не бросили и не бросим. У нас единственное, что осталось от дочери, — это внучка. Сейчас Кате 16 лет. Следующие два года она проведет в воспитательной колонии. После 18 лет ее должны будут перевести в женскую, где она будет отбывать остаток срока.