Вузы подняли цены в России, поставив под угрозу экономику

Кадровый голод — одна из главных проблем российской экономики, говорили на ПМЭФ-2025. На каждом втором заведении в Москве или любом другом городе объявления: ищем уборщицу, водителя, официанта, повара, администратора… После 2022 года, когда санкции привели к утрате импортных товаров и технологий, вопрос производительности труда из кабинетного превратился в тот, что волнует всех. Уровень безработицы в России рекордно низкий — всего 2,3%. В ответ на это компании начали «гонку зарплат». Только вот у бизнеса растет нагрузка, а вот компетенция новых сотрудников часто ниже плинтуса. Ну хоть каким-то решением могут быть роботы, но даже министр труда Антон Котяков на ПМЭФ признался: уровень роботизации в России очень низкий. Да и просто так новые технологии не внедришь, для начала надо оптимизировать рабочие процессы. Замминистра экономики Дмитрий Вахруков тоже говорит: без квалифицированных кадров невозможно успешно реализовать новые проекты. Например, в туризме. То есть опять-таки замкнутый круг: чтобы перезапустить экономику России, нужны кадры, а для их подготовки нужны другие кадры… Так ведь и качественное образование становится всё более недоступным: в новом учебном году ведущие вузы России взвинтят цены на обучение на 15%. То есть уж точно выше любой инфляции. Отличились МГУ, МФТИ и многие другие ведущие университеты. Доцент РЭУ имени Плеханова Ольга Романченко объясняет MSK1.RU, что повышение цен во многом объективно. В частности, отказ от Болонской системы и внедрение новой собственной системы требуют серьезных изменений в структуре и содержании образовательных программ. — Для успешной реализации реформ вузам необходимо обновлять материально-техническую базу, расширять информационно-библиотечные ресурсы и внедрять современные цифровые технологии, что связано со значительными затратами, — говорит Романченко. — А при привлечении высококвалифицированных специалистов из практики необходимо оплачивать их труд по более высоким ставкам. Понять ректоров действительно отчасти можно: когда дорожает всё вокруг, очень хочется тоже поднять цены. При этом задача государства — сделать так, чтобы резко подорожавшее образование не превратилось в окончательно недоступное. — Повышение цен на образование говорит прежде всего об огромной диспропорции в распределении социальных благ, ведь образование — это тоже социальное благо, гарантия и право, — объясняет MSK1.RU председатель независимого профсоюза «Новый Труд» Дарья Митина. — И, в принципе, мне кажется правильным, чтобы лучшие вузы сокращали коммерческие отделения или вообще их упраздняли. Потому что не должны, например, в МФТИ люди учиться за деньги. Не должен человек просто на том основании, что он заплатил, попасть в московский Физтех, тот же МГУ или МИФИ. Особенно это касается вузов, связанных с оборонно-промышленным комплексом, с ядерным щитом нашей Родины. Там вообще не должно быть коммерческого приема. Туда должны брать только талантливых, лучших, тех, кто прошел отбор не благодаря толщине кошелька, а благодаря знаниям, способностям, одаренности. — Согласитесь, вряд ли вузы откажутся от таких платных отделений, где обучение приносит по 600–700 тысяч рублей в год. — Ну тогда хотя бы пусть цены на образование (даже на коммерческие отделения) не формируются рыночным путем. Они должны быть регулируемыми! Особенно с учетом того, что страна переживает не просто рецессию, а планомерную деградацию социальной сферы. Среди так называемых топовых вузов, резко поднявших цены, не частные заведения, а лучшие государственные университеты. По идее, там должны учиться талантливые студенты, отобранные по способностям, а не по толщине кошелька. Безусловно, у состоятельных людей должна быть возможность выучить свое дитятко в коммерческом вузе. Но причем здесь ведущие государственные университеты, в которых должны учиться «Ломоносовы», а не дети олигархов? — задает риторический вопрос Митина. Возмущены позицией топовых вузов, взвинчивающих цены, и другие эксперты MSK1.RU. Например, преподаватель и президент Ассоциации инвестиционных советников Юлия Кузнецова говорит, что такая позиция вузов прямо противоречит тезису о «кадровом суверенитете», которым оперирует государство. — Если за обучение на «прикладной математике» теперь нужно платить почти 800 тысяч рублей в год, а «востоковедение» стоит более полумиллиона, то очевидно, что такие суммы становятся барьером даже для обеспеченного среднего класса, — говорит Кузнецова. — Вопрос: кого мы в итоге готовим? Только тех, кто может позволить себе образование за счет родителей? Или всё же тех, кто реально мотивирован и талантлив? При отсутствии широких стипендиальных и грантовых программ такой рост цен бьет по системе социального лифта. — Но справедливости ради бюджетные места всё же остаются. И поступить туда в идеале можно исходя не из толщины папиного кошелька, а собственного IQ. — Да, бюджетные места сохраняются. Но при ограниченном объеме финансирования растущая доля вузов будет делать ставку на платников как источник дохода. Получается замкнутый круг: государству нужны специалисты, особенно в ИТ, инженерии и медицине, но барьеры на вход в качественное образование только усиливаются.