Дмитрий Нагиев, актер, телеведущий, шоумен: «Не могу играть физиологически неприятных людей»

Дмитрий Нагиев – популярный шоумен и актер; бессменный ведущий и комментатор одной из самых рейтинговых программ Первого канала – «Большие гонки». На телевидении Дмитрий дебютировал в шоу «Осторожно: модерн!» – предшественнике современных скетчкомов. Эпатаж – неотъемлемый спутник Нагиева как в телепроектах, так и в кино. Чеченский командир в картине Александра Невзорова «Чистилище», следователь-аристократ Михаил Лесников в сериале «Каменская», печальный клоун в драматическом фильме «На пути к сердцу» – все это очень разные и заметные киноработы Дмитрия Нагиева. Определить для этого артиста какую-то нишу и категорию совершенно невозможно, но точно одно: любое его появление, как в кино, так и в шоу, своевременно, талантливо и гармонично. Дмитрий своеобразен, неповторим и в технике ведения эфира, и благодаря образу, созданному прессой. Тщеславие, циничность жизненных установок, особенный нагиевский взгляд – стандартный набор, которым в СМИ характеризуют актера, пытаясь разобраться: не маска ли это, плотно приставшая к настоящему лицу? Во время беседы Дмитрий производит впечатление положительного, увлеченного и любящего свое дело человека, а не персонажа, самоутверждающегося с помощью эпатажных суждений. – Дмитрий, хотелось бы спросить об актуальном: как оцениваете свою последнюю работу – фильм «Русский крест», который недавно вышел на экраны? – Как всегда упирается все в исполнение, в воплощение и в деньги. И, как выясняется, не так много в деньги, но и в профессионализм – это была преамбула. Мне не стыдно за свою работу в этом проекте, но, честно говоря, фильм мог бы быть и лучше. – Вы говорили, что для вас, как и для любого актера, гонорар имеет первостепенную важность. Но от какой-то роли можете принципиально отказаться, даже если она высоко оплачиваема? – Я уже говорил, что не могу играть физиологически неприятных людей. Даже в последнем фильме «Русский крест» капитан Яковлев, которого я играю, был изначально выписан как физиологически отталкивающий персонаж. Он был какой-то сальный мерзотник, по сценарию должен быть насиловать женщину. Я согласился сняться в фильме при условии, что это будет переписано. Физиологически неприятных людей мне тяжело играть, но это не значит, что я отказался бы, например, от роли Дуремара или Слизняка. Но есть небольшой набор неприятных персонажей, которых бы я не хотел играть. – Наверное, больше режиссеры, не вы сами, создали вам амплуа отрицательного героя. А вам хотелось бы больше комедийных ролей? – Нет, за моей спиной 300 серий прапорщика Задова. Хотелось бы просто ролей, скажем так. – Как-то выделяете свою роль в сериале «Каменская» среди остальных ваших работ? – Я «Каменской» безгранично благодарен. Это первая, после «Чистилища», серьезная киноработа. Был момент, когда я отказывался от участия в сериале: в первой снялся, а потом отказывался. Потому что считаю, что повтор есть повтор. И, как ни парадоксально, согласился сниматься в новой части «Каменской», работа над которой начинается в июне. – Не думала, что будет продолжение… – Я также был удивлен. Режиссер Валерий Петрович Тодоровский сказал мне, что это будет конец истории, и позиционировать мы будем эту часть как финал. – А еще в кино где-нибудь задействованы сейчас? – У меня сейчас много на выходе картин. На Украине пошел сериал «Успех любой ценой». Как водится, сначала Украина: у меня там главная роль. Также заканчиваются съемки (монтажно-тренировочный период) «Застывших депеш», там у меня тоже главная роль агента спецслужб. Неплохое кино должно получиться, не мерзкое, с серыми цветами. У нас сейчас так – все сериалы имеют один цвет. Я не понимаю, что это за фильмы – везде одна картинка. В этой картине мы попытались сделать что-то такое красивое, были съемки на островах, костюмы вроде бы неплохие. В общем, для меня это значительная работа с точки зрения кино. – Как-то вы снялись в эпизоде популярного сериала «Все мужики сво...-2». Там вы играете персонажа (гениального кинорежиссера), который как будто списан с вашего образа. Так и было или вас пригласили? – Нет, меня пригласили и убедили, что нужно сняться. Хотя я очень не люблю входить в уже сложившийся коллектив. А в этом сериале, который долго снимался, коллектив был устоявшийся. Вот сейчас еще снялся у девочек в «Comedy women» и убедился еще раз, что в сложившийся коллектив вливаться очень сложно. Особенно в женский. – Дмитрий, вы не только актер, но и шоумен. На ТВ уже больше десяти лет. Начинали карьеру с программы «Осторожно: модерн!» в середине 1990-х. Интереснее работать на современном развлекательном телевидении или у истоков было увлекательней? – Тогда совсем не платили: над нами издевались, гоняли с канала на канал. А потом, когда мы, наконец, «взлетели», мы уже устали. И интереса было в этом мало. И сейчас мне предлагают вернуться: Миша Галустян подходил ко мне и говорил, что «вырос на прапорщике Задове». Но, если я вернусь в скетчи, мне придется конкурировать уже с ними, а они монстры. И поэтому лучше остаться легендой, чем помойкой. – Современные скетчи вам нравятся? – Многое нравится, очень многое. Я с сожалением понимаю, что все ставится на поток и со временем засыпает, умирает. Нельзя закармливать зрителя. Мы включаем телевизор – и понять не можем, почему идут бесконечные повторы. И это утомляет. И это уже все. Как Филиппок кричал: «Волки, волки!» А когда пришли волки, уже никто не верит. Я знаю, что там смешно, но уже даже не включаю, потому что видел это все по 17 раз. – Кстати, будет ли новый сезон «Больших гонок»? – Да. Руководство Первого канала подписало контракт. И вроде бы опять мы готовимся: в конце лета будем снимать. – Наивный, но интересный телезрителям вопрос: на съемках «Больших гонок» есть постановочные моменты? Или в реальности атмосфера такая же, как на экране? – Там все реально. Постановочных моментов нет вообще. Единственное, конечно, это все могло бы быть чуть дольше на экране, потому что есть остановки между конкурсами. А так все состязание абсолютно реально. – Из известных людей кто-нибудь проявился неожиданно на шоу? – Да, есть те, кто предстают полными идиотами. Смотришь на экран и думаешь: какой интересный человек. А приезжает туда – и оказывается просто идиотом! Есть те, кто, играя героев, в жизни оказываются трусами. А есть такие, к кому вдруг проникаешься глубоким уважением. Это даже не зависит от игры. Это просто такое складывается впечатление и за кулисами, и на игре. – А надолго вы приезжаете на съемки во Францию? – Это кухня, секрет, которой не раскрываю. Бывает, что люди искренне удивляются – как же так: «Вы только вчера были во Франции, а сегодня уже в спортзале». (Смеется.) – Еще один значимый проект с вашим участие – театральный. Это скандальная постановка «Кыся», самый кассовый спектакль десятилетия. Как вы думаете, успех у зрителя объясняется эпатажностью постановки? – Мы играем спектакль уже 10 лет. Как вы думаете, может он держаться только на эпатаже? Мы каждый раз пытаемся что-то немножко поменять, поправить шероховатости. Хотя становится все тяжелее и тяжелее продавать спектакль. Был момент, когда щелкали пальцами – и зал был продан сразу. Сейчас приходится прикладывать усилия, развешивать афиши, давать рекламу. Но это не единственная моя театральная работа: еще есть серьезные постановки – «Территория» и «Эротикон». – Это все современный театр, эпатажные постановки. Вас звали и в классическую драматургию: отказываетесь, потому что это не ваше? – Не так много зовут. Но есть вещи, которые и лично мне не нравятся. Недавно меня звал Александр Анатольевич Ширвиндт к себе в театр на постановку. Я не готов. Потом с Гурченко пытались работать, но не получилось: «не нашли» пьесу. Талызина присылала пьесу – тоже не понравилось. Сейчас мы плотно работаем с Гариком Бульдогом Харламовым: пишем сценарий, это будет громко. Все-таки после «Кыси» – постановки номер один в стране – должно быть что-то громкое: шаг должен быть сделан не назад, не вбок, а только вперед!