Николай Трубач, певец, поэт, композитор: «Для друзей я просто Михалыч»

Трубачом шестилетнего Колю Харковца окрестили еще соседские бабушки, сочувственно глядя, как мальчуган возвращается из музыкальной школы с трубой. А уже чуть позже с легкой руки продюсеров, закрепивших за ним это прозвище в качестве сценического псевдонима, Николая стали величать Трубачом и на Украине, и в России. – Николай, так и хочется спросить, а как к вам обращаются родные и друзья? «Привет, Трубач»? Или, может, Колян? – Изредка называют и Коляном, и Кольком. Но большинство моих друзей обращаются ко мне по-простецки – Михалыч. Причем так повелось еще с тех пор, когда я был еще совсем молодым человеком и по распределению попал после окончания музыкального училища преподавать музыку в село. Вот там меня, художественного руководителя местного дома культуры, и стали в знак уважения называть Николаем Михайловичем. Я вообще с самого детства такой – представительный и важный. Николай Михайлович Харковец родился 11 апреля 1970 года в селе Пересадовка (Николаевская область) на Украине. Закончил музыкальную школу и играл на трубе в детском духовом оркестре, а также со специального разрешения играл на свадьбах со старшими товарищами. В 1987 поступил сразу на второй курс музыкального училища. С 1988 по 1991 годы служил в Анапе в морских частях погранвойск КГБ СССР. Незадолго до окончания службы он сделал и свои пробные записи. В 1991 году происходит знакомство Николая с известным композитором Кимом Брейтбургом. Последний познакомил Трубача с продюсером Евгением Фридляндом. В июле 1996 выходит первый альбом «История». Туда вошли такие известные песни, как «Пять минут», «Женская любовь» и «Научись играть на гитаре». Уже в следующем году презентован новый альбом «Двадцать два». Самый заметный всплеск популярности музыканта приходится на конец 90-х годов, когда он записал дуэтом с Борисом Моисеевым сначала «Голубую Луну», а затем «Щелкунчик». Сегодня Николай Трубач продолжает выступать с концертами. В апреле 2012 года планирует выпустить новый альбом «Были и будем». Женат, воспитывает двух дочерей – 19-летнюю Викторию (третий курс Высшей школы экономики) и 13-летнюю Александру (седьмой класс общеобразовательной школы). Кстати, младшая Саша пошла по стопам отца – занимается музыкой и играет на гитаре. – А то, что вам приходилось заниматься музыкой в детстве, не злило? Ведь многие дети тяготятся занятиями, которые им навязывают родители, так сказать, для всестороннего развития … – Первые несколько занятий в музыкальной школе я был счастлив, поскольку мечтал стать знаменитым музыкантом. Я представлял, как мною будет гордиться родня, как все вокруг будут смотреть на меня с восторгом и мечтать со мной познакомиться… Потом выяснилось, что надо пахать, работать, заниматься. Это, мягко говоря, разошлось с моими детскими представлениями о вожделенной профессии. И сразу появилась ненависть к музыке, отпало всяческое желание ею заниматься. Наверное, в таком раннем возрасте упиваться музыкальными занятиями могут только такие гении, как Моцарт. Я стал настолько неуправляем, что родители потеряли всяческую надежду меня приструнить. Пришлось этим заняться бабушке, донской казачке по происхождению. Она заставляла меня заниматься музыкой с помощью веника или швабры. Так что закончить музыкальную школу мне удалось благодаря именно ей и моим терпеливым педагогам. А вот уже после окончания школы в моем сознании произошла некая переоценка ценностей. Я понял, что не свяжу свою жизнь ни с чем, кроме музыки, стал фанатично ею заниматься, и это очень сильно помогло мне при поступлении в музыкальное училище. – Николай, а после того, как вы все-таки стали известным музыкантом, когда вас узнала вся Украина, вся Россия, вы встречались со своими педагогами? – А как же?! Встречались – это еще мягко сказано. В Николаеве у нас остались родственники, дом, там часто отдыхают мои дети, да и сам я стараюсь приезжать бывать там почаще. Так вот практически в каждый свой приезд в Николаев с концертами, я беру пару лишних дней и встречаюсь со своими одноклассниками, друзьями и, конечно, учителями. У нас с ними сохранились очень уважительные отношения, я приглашаю их на свои концерты¸ очень вкусно угощаю, когда приезжаю. Кстати, буквально на днях мне звонил мой педагог по классу трубы и пригласил на свой юбилей . – Вы поедете? – Если ничего не изменится, то планирую. Я всегда с удовольствием общаюсь с людьми, которые приложили свои усилия для того, чтобы из меня что-то получилось. У меня даже был комичный случай. Когда я уже стал, как вы говорите, известным музыкантом и находился на самом пике своей популярности, заскочил в гости к родителям в Николаев и ко мне обратился за помощью мой первый педагог. На тот момент он уже вышел на пенсию и подрабатывал в похоронном бюро. Знаете в чем заключалась его просьба? Заменить вдруг запившего трубача! Поначалу я был в шоке от такой наглости. Но потом меня все-таки уговорили и я отыграл на похоронах у совершенно неизвестного мне человека. Это было лет 12 назад. И тогда мой учитель похвалил меня, сказал, что я молодец и что не каждый успешный музыкант сможет вот так себя пересилить и без ложного пафоса отыграть, как его учили, любую музыку. Очень горжусь этим моментом. – Николай, ваше творчество разнообразно – это и поп-рок, и романс, и рок-н-ролл, и даже евроданс… А к какому направлению все-таки больше лежит душа? – К классике. Я на ней вырос, и моя привязанность к ней нетленная. Это то, что я слушаю даже в машине. Классическая музыка дает пищу для размышлений. Мне даже кажется, что благодаря этому мое творчество не похоже на творчество других. Что касается эстрады и той дорожки, которая меня к ней привела… Все тот же самый педагог по классу трубы несколько лет со мной не разговаривал, считая, что я предал классическое направление. Но потом все-таки понял, что если бы я сидел где-то в оркестровой яме в оперном театре, то не смог бы себя так реализовать. Мы с ним примирились и уже много лет дружим. – Раз уж заговорили о дружбе… Слышала, вы в ссоре с Евгением Фридляндом? Кто сегодня вас продюсирует? – Никто, я работаю без продюсера и прекрасно себя чувствую. У меня выходит новый альбом, снимаются клипы. Кроме того, хочу пояснить, что на самом деле никакого конфликта с Фридляндом у нас не было. Просто в какой-то момент меня перестало удовлетворять качество нашей с ним совместной работы. Как раз тогда у Евгения появился новый проект «Премьер-министр». Подчеркну, что мы с Фридляндом расстались полюбовно, без всяких скандалов, в отличие от того, как это произошло у него с «Премьер-министром», после чего ребятам пришлось переименовать группу в «ПМ». Я полностью выплатил Евгению компенсацию за то, что человек мне действительно помог обрести некий статус в шоу-бизнесе. Причем я сделал это с благодарностью. И с тех пор существую в свободном плавании. К счастью, мне хватило ума, будучи еще под крылом у Фридлянда, обращать внимание на то, как ведется работа, как нужно вести дела, что хорошо, а что плохо. – А с Кимом Брейтбургом вы сегодня поддерживаете отношения? – С ним история получилась более сложной. С Кимом мы вместе начинали, еще живя в городе Николаеве. Мы вместе лепили какой-то творческий материал, вместе приехали в Москву, долгое время жили в одной квартире двумя семьями. То есть, у меня было полное право считать, что человек в любой ситуации и в любом конфликте, как, например, с Фридляндом, займет мою сторону. Но этого не произошло. Нет так нет. Каждый сам для себя решает, как это называется. Но по-моему, это называется предательством. Мы, конечно, периодически встречаемся на каких-то концертах и творческих вечерах, здороваемся, перекидываемся общими фразами, но наше дружеское общение, каковым оно было до известных событий, сошло на нет. И думаю, что никаких перспектив в восстановлении наших отношений быть не может. Я привык учиться на собственных ошибках. – Николай, а чем вы сегодня занимаетесь? Как даете концерты, выходите на сцену? – До кризиса я отрабатывал по 30 концертов в месяц, сейчас – около 5-6. Года три назад у меня бывало и по шесть концертов в день, причем все живые. – Как же вы поддерживали голос в такие времена? – Конечно, после большого количества выступлений бывало тяжеловато. Иногда, когда я чувствовал, что голос срывается, приходилось отказываться от каких-то заказов. И мне приходится это делать до сих пор, в отличие от многих моих коллег. Не буду ни в кого бросать камень, но многие зачастую предпочитают выступать под фонограмму, потому что это дает возможность работать чаще и больше. Я стараюсь по-честному. Условно говоря, существует какой-то план. Допустим, вот я знаю, что завтра у меня шесть концертов. И настраиваю себя так, чтобы сил хватило на все шесть. Причем так, чтобы не экономить эмоции и не обманывать слушателей, которые будут находиться в это время в зале. Но если после этих шести выступлений мне предложат выступить в седьмой раз, я точно откажусь. Выключатель сработает – не станет ни сил, ни голоса. Так что вопрос только в профессиональном отношении. – Говорят, планируете выпустить новый альбом? – Да, он практически готов. Сейчас ведутся переговоры с выпускающей компанией. Надеюсь, что успеем к 11 апреля. В этот день у меня день рождения, к которому хотелось бы приурочить выход альбома. В противном случае придется день рождения приурочить к выходу альбома. – А как будет называться альбом? – «Были и будем». Я не выпускал альбомов с 2007 года. Благодаря тому, что меня никто не толкал в шею, я работал над этой пластинкой очень долго, никуда не торопясь. Все песни тщательно отобраны, среди них много тематических, в которых я вспоминаю своих друзей, родных и близких. Никакого трагизма нет, просто за последние пять лет много чего случилось, ушли из жизни мои папа и мама, кто-то из друзей... Уже сейчас могу сказать, что это будет моя лучшая работа, я доволен на 99 процентов и жду выхода альбома с нетерпением. К тому же у меня уже заканчиваются старые диски, и скоро станет нечего дарить друзьям-гаишникам. – Хотелось бы уточнить, Николай, вы – автор всех слов песен, которые исполняете? – Практически всех, за редкими исключениями. Например, к написанию песни «Лодочка» я вообще не имел никакого отношения. Я участвовал просто как певец и музыкант. Иногда у меня возникает желание написать музыку на стихи хорошего поэта. В частности, в моем новом альбоме, который выйдет в апреле, будет несколько таких вещей. Это очень красивые лирические песни, написанные на стихи нашей современницы Александры Очировой. Иногда ко мне как к поэту друзья-композиторы обращаются с просьбой написать текст. Так, недавно Владимир Петрович Пресняков попросил меня, и мы вместе с ним написали для Володи Преснякова-младшего замечательную песню «Схожу с ума». Но вообще, конечно, я редко наступаю на горло собственной песне: если что-то напишу, мне жалко отдавать, хочется самому это спеть. В этом смысле я эгоист. Стараюсь поддерживать свой статус исполнителя, композитора, поэта. Исключения: проверенные музыканты-бойцы. Песня «Счастливый билет» – мой авторский ответ на «Лодочку» Игорю Саруханову. Мне кажется, мой друг счастлив. – Все ли ваши песни о любви? – Безусловно. У любого человека, а особенно у творческого, главным источником эмоций и первопричиной желать что-то писать, сочинять, конечно, является любовь. Хотя есть у меня и ряд философских песен. Например, «Научись играть на гитаре». С Сашей Маршалом мы спели песню «Я живу в раю», она о любви, но в то же время и о философском отношении к жизни. – В одном интервью вы как-то сказали, что посланы в этот мир, чтобы любить женщин. Ваша вторая половина не обижается в ответ на такие заявления? – Во-первых, моя вторая половина – женщина. А во-вторых, я далеко не первый, кто свое предназначение видит таким вот образом. Каждый мужчина послан в этот мир, чтобы любить женщину. Точно также, как и женщина рождена для того, чтобы любить мужчину. Господь Бог нас создал для этого. Кто-то поспорит? – Николай, сейчас идет великий пост. Вы не поститесь? – Имею такой грех. Вы не думайте, я вообще человек верующий, и мы с женой достаточно часто бываем в церкви. У меня даже есть свой духовный наставник. Но при этом мне ни разу не удалось себя пересилить и поститься. По разным причинам. Из-за регулярных поездок, в первую очередь. Плюс ко всему много лет назад у меня была очень серьезная болезнь. А период после болезни подразумевал хорошее питание. Поэтому я, к сожалению, не могу себе позволить голодание и неполноценный рацион. Для того чтобы выглядеть здоровым и красивым, вынужден заставлять себя вкусно кушать. (Смеется.) – А заставлять себя вставать за плиту приходится? – Нет. Я, конечно, бывший студент и прекрасно готовлю, но к счастью, мне не приходится применять на практике свои кулинарные таланты. У меня жена прекрасно готовит. Уверен, что как раз сейчас, пока мы с вами разговариваем, она снова готовит что-то невероятно вкусное! Все, кто так или иначе имеет отношение ко мне, очень любят у нас столоваться. В гости два раза звать никого не приходится. – Любимое блюдо у вас есть? – Я с удовольствием ем все, что сытно и вкусно. Я человек советской закалки и не могу сказать, что являюсь поклонником каких-то изысканных блюд. – Но вы же родом с Украины? Не отдаете предпочтения украинской кухне? – Какая разница – украинская или русская? Картошка везде одинаковая. – Ну, хорошо, а каковы ваши предпочтения в выборе напитков? – Простые, человеческие. Из безалкогольных напитков больше всего люблю молоко. Наверное, потому что родился и вырос в деревне. Если еще и с кусочком свежего хлеба и с вареньем, то просто пальчики оближешь! Что касается алкоголя, то тут мои предпочтения давно приняли цивилизованный, спокойный, умиротворенный характер. Мы уже в этой жизни накуролесили не слабо... Так что уже лет пять я крепкие спиртные напитки вообще не пью. Но очень люблю красное сухое вино. Изредка белое. Кстати, мне удалось подсадить на эти благородные напитки и многих моих коллег. А вот когда я играю в футбол, могу выпить с друзьями пива. – А как часто вы играете в футбол? – Дважды в неделю. Дело в том, что я являюсь президентом команды «Артист», которую мы с друзьями создали три года назад по образу и подобию профессионального футбольного клуба. Здесь у нас многие известные музыканты и футболисты – Пресняков-старший, Витя Салтыков, Леша Глызин, Игорь Саруханов, Женя Кемеровский, Крис Кельми, Иракли Пирцхалава, Егор Титов, Дима Аленичев, Юра Ковтун и др. Вместе мы периодически приезжаем в разные города, даем мастер-классы для детишек, которые занимаются футболом, играем с ними, собираем стадионы, а после игры даем грандиозные концерты. И получаем колоссальное удовольствие от такого коллективного творчества и таких поездок. Так что наше отношение к спорту искреннее, мы с ним дружим! – Вы даже записали с Титовым песню «Какие мы люди» и сняли на нее клип. Тематика спортивная? – Ну, спортивная тематика этой песни заключается только в присутствии разве что Титова. – Николай, а ведете ли вы подсчет своим клипам? – Специально не веду, но думаю, что их у меня не меньше 15. То есть примерно по клипу за каждый год моей активной творческой деятельности. – Какую роль в создании и раскрутке песни вы отдаете клипу? – Сегодня уже гораздо меньшую, чем, скажем, в середине 90-х. Тогда достаточно было одного – записать один-единственный клип, попасть с ним в эфир «Утренней почты» и все, можно было спокойно собирать чемоданы и ехать на гастроли. Сегодня, с появлением сотен музыкальных каналов, как мне кажется, клиповая культура стала уходить в альтернативное искусство. Теперь любой человек может интерпретировать любое музыкальное произведение, записать видео и выложить его в Интернет. А вот артисты начали соревноваться – у кого клип круче. Начались изнуряющие гонки за дороговизной: кто-то снимает клип на Сейшелах, кто-то – на Мальдивах, кто-то – за 100 тысяч, кто-то – за 200… В моей практике самым дешевым и ни на что не претендующим клипом был клип к песне «Голубая Луна». Мы записали его буквально за 3-4 тысячи долларов. Просто поставили камеры в гостиничном номере и начали дурачиться. В результате песня стала одной из самых популярных на все времена. И до сих пор она звучит в караоке-барах, народ пляшет и подпевает на концертах. Поэтому мне кажется, что тут основную роль играет исходный материал. Конечно, любой профессиональный продюсер может из дерьма сделать конфету. Таких песен сегодня хватает. И благодаря серьезному подходу они вдалбливаются людям в головы настолько интенсивно, что становятся хитами. На мой взгляд, гораздо интереснее смотреть живые концерты. Тогда сразу становится понятным, кто чего стоит.