«Завтра будет еще хуже»: мнение главного редактора о событиях минувшей недели в Кузбассе

Заметили, как пролетела половина лета? Столько событий происходит в последнее время, что не за всем можно уследить, осмыслить и понять, что важно, а что не стоит большого внимания. Особенно тревожно многим стало на фоне прилета БПЛА в Омской области и объявления воздушной тревоги в Новосибирской, а также последовавшей после этого проверки укрытий в Кузбассе. И всё это на фоне пропажи бензина на АЗС региона.

Почему в это странное время всем стоит успокоиться, подумать о себе и своем здоровье, в том числе ментальном, — в колонке главного редактора NGS42.RU.

Нынешнее положение дел мне чем-то напомнило начало пандемии, когда мало кто понимал, что происходит, и к нам, журналистам, обращались многие с просьбой пояснить, что делать и как быть: закупаться впрок гречкой и туалетной бумагой или не стоит паниковать? В этот раз вопросы были не про крупу, а про бензин.

Я могу говорить только за наш регион и, как мне теперь становится очевидно, массовая истерия была абсолютно зря. Наша редакция несколько дней подряд объезжала АЗС Кемерова и наблюдала, как топливо скупают чуть ли не тоннами не по нужде, а «лишь бы было». И, как и во времена пандемии, спрос повлиял на предложение: бензин пропал, а там, где не исчез, вырос в цене.

Конечно, на ситуацию повлияло положение дел в стране в целом, но конкретно в Кузбассе всё усугубили перестраховщики и перекупы. Показательна еще реакция моих некоторых знакомых, которые тоже ринулись с канистрами в сторону АЗС, хотя в лучшем случае ездят куда-то раз в две недели. На мой вопрос: зачем они часами стоят в очереди к колонке, ответа вразумительного я так и не услышал.

К сожалению, мало кто осознаёт, что все волнения ни к чему хорошему не приведут. Не суета и тревоги помогли тому, что бензин возвращается в колонки, а время. Мы не всегда и не на всё можем влиять, в этой ситуации тем более. Берегите нервы — подумайте: может, и правда походить пока пешком да поездить на наших действительно прекрасных городских троллейбусах?

Опережая ваш вопрос, отвечу: да, я сам чаще всего хожу пешком, совершая те самые 10 000 шагов в день минимум, и вам тоже рекомендую.

Еще одно интересное наблюдение недели: коммуникация власти с населением. Казалось бы, губернаторы и мэры говорят логичные вещи, но люди их слышат и понимают как-то по-своему.

Например, губернатор говорит, что нам в Кузбассе, после прилета в Омск, надо быть начеку, показывает, как предприятия готовятся на случай угрозы, а ему в комментариях пишут: «Ничто так не вызывает панику, как призыв соблюдать спокойствие от наших властей». Подобные мнения собирают кучи лайков, из чего следует, что главе региона надо было никак не реагировать? А это бы одобрили жители?

Очередной дисконнект народа и власти случился на публикации релиза об укрытиях на случай воздушной угрозы. Администрация дала карту, где можно пережить прилет, но тут же посыпались претензии, мол: «Нам что, в погребе сидеть?» Пресс-службы на это ответить ничего не могут, поэтому молчат, но им прилетает и за это. Говоришь — плохо, не говоришь — еще хуже: примерно в таком положении сейчас чиновники. Хотя примерно так было всегда.

Прилетает и нам, журналистам. Видел сообщения в соцсетях, что администрация Кемерова устроила показуху с объездом убежищ, мол, собрали журналистов и повезли по заготовкам, но на самом деле всё было не так.

Да, на той неделе я лично объезжал укрытия, причем адреса для проверок выбирали не представители администрации, а читатели моего канала, которые писали улицы и номера домов в комментариях. Именно поэтому из нашего репортажа становится понятно, что готовы не все и не везде. Тут лавочек нет, хотя должны быть, там воду не принесли, а должны были, здесь хлам на входе, а должны были убрать и т. д. и т. п. Сложно увидеть в этом показуху, но некоторые читатели, судя по отзывам, всё же постарались.

Примечательно, что замглавы Сергею Лысенко, который сопровождал нас в объезде, самому было интересно посмотреть, как управляющие компании готовят укрытия. Поэтому на каждое предложение он отвечал коротко: «Едем». Но уже на пятом адресе стало понятно главное: наше представление об убежищах сильно искажено теликом. Ожидаешь, что тут будут бронированные двери, контейнеры воды и еды, удобные кровати, но ничего такого нет.

Нет, это не потому что кто-то сэкономил или украл, всё это просто лишнее. Стратегически нет нужды делать из каждого подвала бункер. По сути, в случае не дай бог чего тут просто нужно дождаться, пока завершится налет/прилет. Всё. Никто не будет выживать здесь годами в ожидании окончания ядерной зимы.

Кстати, Лысенко отметил, что жильцы сами вправе оценить уровень готовности укрытия — для этого соседям надо просто обратиться в УК. Более того, любой желающий может сделать себе ключ, ну чтобы прям совсем чувствовать себя спокойно. Поэтому сходите, проверьте, а если у вас никто ни к чему не готов, пишите нам на почту или в соцсети. Покажем тех, кто игнорирует распоряжения администрации города.

Есть люди в городе, которые меня удивляют, и одна из них — Анастасия Панькова, что управляет школьным питанием, а теперь еще и первым в Кемерове, если не в Кузбассе, да чего там, в Сибири, кафе-самолетом.

Вы помните, когда в Кемерове последний раз были отравления школьников едой из столовых? Или, может, есть постоянные претензии на качество блюд по типу тех, что валятся каждый день на «Чистый город», который должен вывозить мусор с улиц города, но регулярно то тут, то там «забывает» это делать? Или, может, ассортимент в буфетах образовательных учреждений настолько бедный, что хочется обнять детей и плакать? Я лично о таких случаях не знаю, и, как мне кажется, в этом заслуга Паньковой, что работает не «в галочку», в отличие от многих других чиновников.

Та же история и с «Антошкой», в котором она руководит кафетерием. Ни у меня, ни у детей, ни у других посетителей нет претензий к заведению: стильно, модно, молодежно. Мест не хватает, это да, но у нас не «Боинг» стоит в центре Кемерова, а борт модели, разработанной еще в 70-х годах. Но всё равно тут умудрились и 18 мест для сидения разместить, и кабину пилота сохранить.

Площадка вокруг судна — да, удручает, но парк только вошел в большой ремонт, рано или поздно он кончится, и у нас будет новое место для прогулок и посиделок на газоне в центре столицы Кузбасса. А это, как ни крути, хорошая новость.

Наблюдая и пропуская через себя сотни событий в день, многие из которых настолько мелкие, что не стоят публикации, журналисты часто испытывают стресс. Кто-то вечерами пьет, другие уходят в режим «от звонка до звонка» и ровно в 18 часов выключают телефон, третьи — как мы, например, — увлекаются спортом. В июне часть нашей редакции прошла через испытания ГТО и стала обладателями «бронзовых» и «серебряных» значков, что не так уж и плохо для «офисного планктона», как мне кажется.

Но на этом мы не остановились: новокузнецкий корреспондент NGS42.RU Игорь Епифанцев взял первое место в региональном турнире по быстрым шахматам, а Лера Городецкая, Елена Денисова, Саша Сосновская и я, Александр Левчук, официально стали «Титанами».

Буквально вчера мы прошли трассу в 6,5 километра, преодолев за 2 часа 44 минуты около 50 препятствий на «Битве титанов. Сердце льва». Сутки прошли, а до сих пор в это не верится.

Знаком того, что всё у нас получится, стала внезапная встреча с легендарным Никитой Крюковым до начала забега, который одним известен как олимпийский чемпион России, другим — как участник шоу «Титаны» на федеральном телеканале. После его пожелания «удачи на трассе» у нас и выбора другого не было, как дойти до получения медалей.

Признаться честно, готовились мы не как следует, поэтому многие препятствия нам дались с трудом, пара и вовсе остались непреодолимы, но всё же удалось избежать травм.

Да, сейчас болит каждая мышца тела, о существовании некоторых мы даже и не знали, трудно шевелить руками/ногами, в целом двигаться. Скорее всего, завтра будет еще хуже, но вряд ли кто-то из тех 3000 человек, что, как и мы, прошли дистанции, сможет сказать, что сделал это зря, оно и правда того стоило. Не совру, если скажу, что это лучшее, что происходило с нашей редакцией за последний месяц.