«Мы сильно рисковали»: глава Кемерова — о страхах, деньгах и почему город не «загибается»

Сейчас Кемерово, да и весь регион, переживают не лучшие времена, но дыра в бюджете не влияет на развитие столицы Кузбасса. Такую мысль озвучил градоначальник Дмитрий Анисимов главреду NGS42.RU Александру Левчуку в традиционном осеннем интервью. В этот раз разговор с политиком вышел настолько насыщенным, что мы решили разделить его на две части.

Сегодня вы узнаете, откуда и зачем на склоне Томи вскоре появятся машины выше зданий, на что можно потратить «космические деньги», что страшило власти Кемерова и как градоначальник относится к проблемам дефицита средств и кадровому голоду.

— В нашем прошлогоднем интервью вы озвучивали планы по главной конторе Копикуза, где мы сегодня и находимся. В числе прочего говорили об идее переосмысления этого места, желании его связать с музеем «Красная горка». Что-то, например, необычные выставки и очень крутую диораму, многие уже видели, но это всё или что-то еще будет?

— Музей «Красная горка» — живой организм, который постоянно развивается. Там безграничный объем возможностей, и мы занимаемся этим шаг за шагом. Как вы заметили, мы открыли новые экспозиции, сделали ремонт. В ближайших планах — замена котельного оборудования, которое в работе почти 50 лет.

Если говорить про глобальную цель, к которой мы движемся, это соединение хорошими пешеходными маршрутами, в том числе за счет благоустройства дороги в Кировский район, главной конторы Копикуза, скульптуры Эрнста Неизвестного «Сердце Шахтера» и музея «Красная горка».

Вместе с тем набираем экспонаты для наружной выставки: уже привезли проходческий комбайн и вагонетки, но самое главное — ждем два «БелАЗа». Хотим сделать хорошую, красивую выставку настоящих карьерных самосвалов, что повысит туристическую привлекательность города.

На «Красной горке» стоит, условно назовем его самосвал-«малыш», а тут хотим поставить машины в 130 и 220 тонн — они больше здания самой конторы. Привезем их в разобранном виде, а уже в следующем году сделаем тропинки, облагородим территорию и установим прочую шахтную технику.

— «БелАЗы» уже нашли?

— Один списанный самосвал есть, он готов к транспортировке, повезем с «ТалТэка». С него для облегчения конструкции убрали всё лишнее оборудование. Второй пока ищем.

— И стоить это будет «космических денег»?

— «Космические деньги» — понятие растяжимое. Любая задача измеряется финансовыми ресурсами, и ее можно решить сразу, что тяжело, а можно поэтапно. Мы благодарны нашим благотворителям и меценатам, которые активно помогают, что тем самым позволяет экономить бюджет. Это и «Азот», и СГК, и угольщики, и просто коммерческие структуры, которые понимают: отсюда пошел Кемерово, начался Кузбасс, это наша историческая память.

История Копикуза и «АИК» — второй случай, когда произошло объединение людей со всего мира, и при этом о нем практически никто не знает. Первый — золотая «лихорадка» на Аляске, ставшая знаменитой в том числе за счет Джека Лондона. Про нашу, угольную, он не писал, поэтому популяризировать это место — наша задача.

— На популяризацию города в этом году, как мне кажется, хорошо «поработал» фестиваль «Пелена». Вы говорили, что он стоит в планах на следующий год. Уже есть понимание, что там будет, изменится ли как-то формат?

— Когда мы делали «Пелену 1.0», было волнение и даже небольшой страх, потому что для нас это совершенно новый формат, вид искусства, подача информации и логика мероприятия. Мы понимали, что может ничего не получиться, и сильно рисковали.

Но сразу после запуска фестиваль получил множество положительных отзывов. На нем побывали 200 тысяч человек, можно считать, что каждый третий кемеровчанин, но еще и много гостей приехало. У нас такой ротации не было, даже когда, если помните, мы делали фестиваль «Герои мирового рока» (в 2019 году концерт собрал более 110 тысяч человек со всей Сибири. — Прим. ред.).

Мы услышали запрос от зрителей — им показалось мало. Но еще до открытия мы проговаривали: если фестиваль окажется востребованным и поможет хорошо позиционировать город — сделаем его ежегодным.

Ограничиваться только этим событием мы не станем, 2027 год в городе будет насыщенным. Планируем сделать фестиваль воздушных шаров — есть «заряженные» ребята, которые в хорошем смысле «болеют» воздухоплаванием. Фестиваль сапов нужен, потому что огромное количество кемеровчан им уже увлекается и многие хотят начать. Возможно, привлечем на него людей со всей Сибири.

Еще у нас говорили: молодежь не хочет ходить на концерты современной оркестровой музыки, а мы попробовали сделать выступления с современными хитами из кинофильмов и компьютерных игр. И зрителям понравилось, они сказали: «Классно, а когда следующий?» Мы хотим сделать из этого фестиваль, но внедрить в программу и классическую музыку, чтобы к культуре привлекать.

— Фестивали — это классно, но мне не нравится, что после них ничего не остается. Да, вы писали в соцсетях про подсветку на «Хрустальном» мосту, что словно стала продолжением «Пелены», но этого мало. Например, после Чемпионата мира по бенди возле стадиона «Химика» осталась скульптура, и это скорее исключение, чем правило. Почему?

— Хороший вопрос, об этом стоит подумать, но, возможно, не в рамках «Пелены». Зачем оставлять наследие того, что будет каждый год повторяться? Должно быть то, что можно потрогать, — хорошая идея. Если бенди, то там понятно: мяч и клюшка, а что оставить после «Пелены»?

Меня как кемеровчанина радует, что, помимо вовлечения в современное искусство большого количества жителей и гостей, мы добились изменения сознания людей, которые инвестируют в город. Тот же пример — «Хрустальный мост». Не будь «Пелены» как ориентира, не погрузившись в эту историю, они бы не стали, извините за сленг, «заморачиваться» и делать систему бегающего освещения. Ориентиром раньше были красивый свет на фасаде администрации и подсветка в цветах флага на Университетском и Красноармейском мостах, а теперь планка поднялась.

— Если продолжать разговор на тему искусства, то когда я узнал про награду «за голову» вандала под кличкой «Сироп», у меня возникла мысль: почему вместо наказания нет желания попробовать сделать с ним что-то хорошее? У нас есть муралы на Красноармейской улице, которые привлекают туристов, к чему вы и стремитесь. Но вместе с тем другого уличного искусства в городе мало. Почему так?

— Ну, потому что им надо заниматься. Согласен, надо развивать, это укладывается в логику развития города. Берем в работу, будем делать.

Тут проблема скорее в людях, которые делают всякие непотребные надписи, рекламу. Это не искусство. Когда приходит человек и разрисовывает «Антошку», мне мотивация этого человека непонятна. Найти его можно, практика такая имеется, как именно — не скажу. В основном, к сожалению, отвечают за это родители, так как чаще всего совершают такое несовершеннолетние.

У нас, к счастью, не так критично с этим, как в других муниципалитетах, но хочется, чтобы город был в хорошем состоянии, чистым. Если будет потребность, сможем найти места для творчества граффитчиков.

— От светлого будущего давайте ближе к суровой реальности. На пресс-конференции Илья Владимирович говорил, что главная проблема региона, на его взгляд, — дефицит средств. Я считаю — нехватка толковых кадров. А что для вас как главы города является главной проблемой?

— Сложно выделить какую-то проблему как основополагающую. Естественно, мы сталкиваемся с недостатком ресурсов: нам хочется строить больше дорог, парков. Мост перебросить через реку — хорошая идея, но на нее 400 млн рублей надо, лестницы сделать на набережной — еще 200 млн рублей, их тоже надо где-то брать. Это ресурсы, и хочется, чтобы их было как можно больше.

— То есть всё сводится к деньгам?

— Да, но это не значит, что мы останавливаемся: разделяем задачу на несколько этапов и постепенно всё реализуем.

Кадровый дефицит — история, в которой живем. Всегда есть недостаток квалифицированных сотрудников, потому что процессы экономики ускоряются: надо делать больше за одну единицу времени, растет трудоемкость, требуется больше и больше людей.

Взять те же обращения. Кемерово открыт для комментариев в соцсетях, в отличие от многих других субъектов нашей родины, у губернатора Ильи Середюка они открыты. Все сообщения фиксируются, и их необходимо обработать. Условно, это 50 задач в день, например, 10 контейнеров с мусором, которые вовремя не вывез «Чистый город», 10 пандусов надо заменить, 10 мест, где листву надо подобрать, и так далее. При этом какие-то обращения дублируются и людей всё проанализировать просто не хватает.

Хорошо, что мы живем в век цифровизации, сегодня у нас есть системы автоматического выполнения некоторых задач, где-то внедряем ИИ: не перекладываем на искусственный интеллект, чтобы он за нас думал, а отдаем, например, работу со статистикой, чтобы формировал карточку обращения.

— Получается, что для вас большая проблема — излишняя бюрократия в работе.

— Это не бюрократия, это про необходимость выполнения процессов, чтобы кемеровчанам жилось комфортно.

Как бюджет Кемерова переживает дефицит в 1 млрд рублей, хватает ли денег на все «хотелки», запустят ли в работу обещанный проект по онлайн-мониторингу загрязнения воздуха в городе и какая ситуация с оттоком населения, читайте во второй части интервью с главой города.