«Платим в шесть раз больше, живем в фекалиях»: репортаж из кемеровского общежития, которое не отпускает УК

Ничем не примечательное общежитие в Кемерове стало ареной коммунальной войны. Жители хотят сменить управляющую компанию и жалуются на невыносимые условия жизни. Те в свою очередь подопечных не отпускают и инициируют судебные разбирательства.

Чем недовольны собственники и что происходит в мрачных коридорах, ответственность за которые, судя по всему, несет только на бумаге депутат горсовета, разбиралась корреспондент NGS42.RU Елена Денисова.

Общежитие № 19 встречает гостей на первый взгляд тихим подъездом, лавочкой, ровным асфальтом и ярко покрашенным металлическим заборчиком. На крыльце — продуктовый павильончик, работающий 24/7. Правда, местные жители уверяют, что покупатели в два часа ночи интересуются не молочком и хлебушком, а всё больше приобретают там из-под полы алкоголь. Двое соседей, Андрей и Олеся, согласились провести экскурсию по закоулкам девятиэтажки.

Видимость идиллии разрушилась быстро, стоило пройти через повидавший многое домофон.

В холле есть место для вахтера, но внутри никого. Олеся рассказала, что управляющая компания «На Ворошилова» сократила время службы смотрителей порядка.

— Раньше здесь бабушки работали круглосуточно, было более-менее. Их убрали ради экономии, — говорит женщина.

УК поставила этот вопрос на голосование, но кворум собрать не смогли, так как большинство собственников были против. Тогда решили рассчитывать мнение населения исходя из объемов площади, которая находится в собственности, так как оплата за вахтера тоже взимается соответственно квадратным метрам. Так получилось добиться сокращения.

Теперь бабушка-вахтер бывает на месте только по будням, в дневное время. Но пьянство, погромы и беспорядки здесь как раз происходят в выходные и после заката.

На затертой доске объявлений красуется несколько свежих, одно предлагает избавить жилье от вредителей. И это тот случай, когда реклама попадает в целевую аудиторию. Делаем пару шагов в сторону лифтов — а вот и он, большой, рыжий, усатый, уверенный в себе, даже не пытается скрыться от света или взоров людей. Первый, но далеко не единственный таракан, которого нам предстоит встретить. Становится очевидным, кто в этих жилищах имеет больше всех прав.

Андрей рассказывает, что тараканов неравнодушные травят регулярно. Но толку чуть — те отползают пересиживать неблагополучные времена в более гостеприимные квартиры, а затем снова аннексируют всю территорию.

В одном их коридоров провожатые показывают на с первого взгляда непримечательную черную дверь. При более пристальном осмотре в ней обнаруживается зажатая пластиковая бутылка.

— Здесь живет Марат, дворником работает в нашем РЭУ. Всё время пьет и тащит к себе мусор с помоек, у него вся комната до потолка завалена, аж высыпается. За жилье не платит, ему давно всё отключили, так он в подъезде гадит, — говорит Олеся.

Стучусь в дверь, но ответа нет. Зато из дыры в стене рядом выпрыскивает пара молоденьких таракашек и разбегается в разные стороны.

На шум распахивается дверь слева. Соседка Марата Елена собиралась высказать мужчине всё, что о нем думает, но узнав, что громыхает не он, а корреспондент, охотно согласилась на разговор.

В комнате женщины идеальный порядок и свежий современный ремонт. КГТ она купила всего год назад за 3 миллиона рублей. Казалось, живи и радуйся, но, что называется не повезло. Паразитов приходится травить каждый месяц, из соседского жилья доносится отвратительный запах и шум, а поделать с этим ничего нельзя.

Андрей добавляет, что неплательщиков в общаге много, но коммунальщики, вместо того чтоб взыскивать долги с них, просто поднимают платежи для всех остальных.

— Обычно два-три месяца человек не платит — его отключают. Здесь — нет. Долги капают и капают. Я два года назад снимал на Ленинградском, 5, коммуналка 600–700 рублей в месяц в КГТ. Здесь я купил комнату, и в месяц платежи — 3500, в шесть раз больше. То есть долги распределяются на всех, и на нас наживаются. Куда идут деньги? Вы посмотрите на окна: в стекле в дыру пролезает рука, — рассказывает мужчина.

В здании не раз случался пожар, что неудивительно: проводка нечесаным колтуном свисает с потолка, к электросчетчикам не хочется близко подходить.

Нельзя сказать, что коммунальщики не делают совсем ничего: стены недавно были побелены и выкрашены серой краской. Окна кто-то пытался чинить, правда, для ремонта использовал монтажную пену, которая неопрятными кусками вываливается из щелей.

Что трудно передать с помощью фотографий, так это запах мочи. Стойкий и едкий, он обволакивает всё вокруг незабываемым шлейфом. Вскоре обнаруживается источник: один из местных обитателей устал радоваться жизни и прилег прямо на лестнице, со всеми вытекающими последствиями.

Вокруг жильца присыпано белым порошком. Как рассказали Олеся и Андрей, казусы здесь происходят часто, подъезд не моют, просто посыпают хлорочкой, и готово!

Недовольство жильцов копилось последние пару-тройку лет, жизнь становилась всё суровее. Сначала УК передала сбор платы за холодную воду напрямую СГК. По словам жильцов, компания не хотела собирать долги. Теперь владельцы гостинок за свет, горячую воду, уборку и прочее несут деньги в РЭУ, а за питьевую прямо ресурснику, что неудобно. После сокращения работы вахты, пьянки-гулянки только усилились. Наконец, засилье насекомых и крыс перешло все разумные пределы.

Группа активистов предложила соседям попрощаться с «УК на Ворошилова» и перейти под крыло другой, «Теплый дом». В ноябре 2025 года провели собрание, затем собирали подписи собственников. К середине января передали протокол в ГЖИ. Казалось бы всё, но история только началась.

В начале марта на инициаторов перехода «УК на Ворошилова» подала в суд. Коммунальщики утверждают, что подписи были сфальсифицированы и, более того, предоставили 170 заявлений собственников, что те за переход не голосовали.

NGS42.RU обратился за комментарием к директору «УК на Ворошилова», однако указанный на официальном сайте телефон приемной не отвечал.

Зато оказался на месте и смог прокомментировать ситуацию директор «Теплого дома» Сергей Дмитриев. Он пояснил, что в судебных заседаниях участвует как третье лицо. Когда представитель компании начал знакомиться с документацией, выяснилось, что 70 из обратившихся по поводу подделки своих подписей, вообще не фигурировали в протоколе, поданном в ГЖИ и в собрании не участвовали.

Помимо 70 лиц, которые не участвовали в смене УК, остается еще 100 заявлений. По словам Дмитриева, они обзвонили их, чтобы узнать, почему они передумали, а те в ответ сообщали, что с заявлением о подделке подписей в ГЖИ не обращались.

— Общежития стали к нам переходить постепенно, и оно не одно, у нас их сейчас 13 штук. Когда говорят, что это проблемные дома, но проблема, созданная искусственно. Неактивной УК всегда легче списать свои недоработки на ущербность жителей, сослаться на долги. Когда мы приходим, оборудуем вахту, делаем тревожную кнопку, ремонтируем этаж. Люди видят, что можно жить по-другому. Но на собраниях я сразу говорю: «То, что делается — это за ваш счет». Мы жестко боремся с неплательщиками, — рассказывает Сергей.

Методы борьбы полностью законные, но от этого не менее суровые — злостного должника отключают от света, арестовывают карты. По опыту управдомов, даже самые закоренелые начинают платить либо лишаются недвижимости по суду.

По словам директора УК, можно довести сбор платежей до 99%, но это хлопотно, кропотливо и требует ежедневной работы.

Сможет ли многострадальная общага перейти под крыло новой управляшки, решит суд и жилищная инспекция. Изменится ли что-то на деле после перехода — вопрос тоже неоднозначный.

Предельно ясно только, что жить по-старому 19-му дому никак нельзя. Не только из-за промерзающих щелей, паразитов и опасной проводки. По этим коридорам каждый день, весело перепрыгивая через алкашей и фекалии и сыпя задорным матом, услышанным от взрослых, бегают стайки детей разных возрастов. Для них обстановка вокруг уже стала нормой, и, если не узнают другой, будут вновь и вновь воспроизводить эту из поколения в поколение.