«Я как в западне». Дважды побывавшего на СВО машиниста хотят отправить туда вновь

Андрей — машинист электровоза из Читы — в августе 2022 года сознательно отказался от выданной ему военкоматом (как железнодорожнику) брони и добровольцем отправился на специальную военную операцию. Для этого пришлось заключить краткосрочный контракт, который вскоре стал бессрочным. В зоне СВО забайкалец побывал уже дважды, оказался в разведке. Получил ранение и контузию, но всё равно не может вернуться к семье и новорожденному ребенку, на любимую работу, оставленную, как ему казалось, лишь на время. И теперь 46-летнего забайкальца хотят отправить на спецоперацию в третий раз. Но резво «бегать по лесополкам» с оружием и в тяжелом бронежилете, быть «на передке», где обычно и находятся разведчики, Андрей уже не может. Подробности — в материале наших коллег из «Чита.ру». Снайпер-разведчик с позывным Шилка — В августе прошлого года, как только узнал, что на работу пришла телеграмма от Минобороны с предложением принять участие в СВО, я сразу отправился в отдел кадров и сказал, что как бывший разведчик готов оказать помощь стране. Срочную службу в армии я проходил в спецподразделении радиоэлектронной борьбы, подумал, что опыт мой пригодится. Кадры меня отправили в военкомат, затем быстренько прошел медкомиссию и уже 18 августа 2022 года подписал краткосрочный контракт на шесть месяцев. Жена была против, но я принял мужское решение, потому что не мог оставаться в стороне. Родители о решении не знали, — рассказывает Андрей. После подписания контракта его официально приписали к воинской части в Борзе (город в Забайкалье), но, как говорит Андрей, он не придавал этому значения, потому что после завершения контракта и командировки в зону СВО планировал вернуться на работу в депо, а не на службу. — Уже вскоре после заключения контракта я оказался «за ленточкой». Сначала меня определили в пехоту, но буквально через несколько суток произошла судьбоносная встреча с командиром роты глубинной разведки. Я же с детства в лесу, на охоте, в тайге — с оружием обращаться немного умею. Так я на первые три месяца контракта стал разведчиком-снайпером, — вспоминает Андрей. Забайкалец получил характерный позывной Шилка. Уже в конце августа он оказался в своём первом бою — во время вылазки в украинский тыл. — Это было первое боевое крещение, я его всю жизнь буду помнить, — рассказывает Андрей. — Тогда сразу понял, что и как, как себя вести. Плюс еще старший группы мне перед этим всё рассказал, объяснил. Как на заводе студенту. Куда можно руки совать, а куда нельзя. Или ноги. Благо я быстро всё схватываю. Потом осознал, что это просто такая работа. Но, к сожалению, в первом же бою получил ранение. Осколок угодил мне в спину. Бронежилет спас, получился компрессионный удар — перелом ребер. Но с боя вышел сам, мы выполнили задачу, хоть двое других ребят из группы были контужены. Так Андрей первый раз оказался в госпитале в Донецке, где ему сразу предложили эвакуироваться с последующим увольнением по ранению. Но он решил остаться с сослуживцами, от эвакуации и даже госпитализации отказался. Десять дней отлежался в тыловом районе рядом со своим подразделением, а затем продолжил ходить в разведку. За это был представлен к медали Жукова. — Если честно, тогда я подумал, что ребята на работе смеяться будут, скажут: «Не успел заехать, уже назад прибежал». Поэтому как-то привык к боли, постепенно зажило. Начались боевые будни в составе разведгруппы. Так продолжалось до конца октября, пока не случился тяжелый бой, в котором мы вдвоем с другим разведчиком больше суток удерживали квадрат. Потом, когда пришло подкрепление, мы еще нескольких раненых вынесли. Позже меня представили к ордену Мужества, — сухо заключает Андрей. Примерно в эти же дни старший группы разведчиков, где служил читинец, получил тяжелое ранение. Они с Андреем, по его признанию, стали как братья. И до сих пор встречаются, поддерживают общение в Борзе, где раненый разведчик сейчас проходит этап восстановления. Стал ограниченно годен Младшего сержанта Андрея П. после полученного боевым товарищем ранения назначили на его место командиром отделения, старшим разведчиком роты глубинной разведки. Забайкалец продолжил службу уже в этом статусе. В декабре 2022 года от главы Донецкой Народной Республики Андрею вручили госнаграды ДНР, а также за проявленное мужество — именное холодное оружие. — В конце февраля 2023-го меня вызвал к себе командующий группировкой войск, вручил орден Мужества. Так как контракт у меня был до 18 февраля 2023 года, я решил написать рапорт на отпуск, отправился домой. Как только вернулся в Забайкалье, сразу попал в госпиталь на лечение. Меня обследовали, ранение подтвердилось, выплатили компенсацию. Из госпиталя выписался через месяц, приехал в часть в Борзе, а затем взял еще две недели отпуска, чтобы побыть с семьей. Подтвердилось, что контракт [после объявления в стране частичной мобилизации] теперь бессрочный и что в гражданскую жизнь смогу вернуться только после окончания СВО, — объясняет наш собеседник. В июне 2023 года Андрей во второй раз отправился в зону СВО, в свое подразделение, с которым до этого прошел уже длинный боевой путь. Однако уже там выяснилось, что 10 апреля 2023 года военно-врачебная комиссия (ВВК) признала его ограниченно годным к военной службе, категория В (документы, подтверждающие этот и другие приведенные в статье факты, имеются в распоряжении редакции «Чита.Ру»). Супруга военнослужащего, узнав о решении ВВК, обратилась в военную прокуратуру Читинского гарнизона, а позже пришел ответ — от прокуратуры Борзинского гарнизона, которая признала отправку младшего сержанта на спецоперацию во второй раз незаконной. После чего Андрей вернулся в Забайкалье, где и находится по сей день в воинской части в Борзе. — В Борзе у меня нет ни жилья, ни семьи рядом. Живу в казарме со срочниками и только иногда хожу в гости к своему вернувшемуся раненым домой сослуживцу — помыться, постираться. Зарплата здесь у меня, соответственно, в разы меньше, чем была в зоне СВО. А в Чите жена, которая сейчас в декрете, нашей общей дочери четыре месяца, у меня есть сын от первого брака — он учится в Ставропольском кадетском училище, у жены есть дочь — ей скоро 18 лет. У нас дружная семья, сейчас я нужен им, поэтому просил хотя бы перевести меня в читинскую часть, но просьба осталась без внимания. А теперь мне и вовсе говорят, что собираются отправить на СВО в третий раз. Невзирая на категорию годности, прошлое решение прокуратуры. Я говорю, что по состоянию здоровья уже просто физически не вывезу. И теперь не знаю, как мне быть, — поделился Андрей. По словам железнодорожника, который вдруг надолго стал военнослужащим, он понимает, что законных оснований уволиться из армии и вернуться на работу в локомотивное депо, где Андрей продолжает числиться машинистом, на данный момент нет. Но раз так, он готов продолжать службу, но в том городе, где живет его семья, — как обычный контрактник. А вот отправиться в зону СВО в третий раз — уже чисто физически не готов. В момент написания этого текста стало известно, что Андрею командование части предоставило отпуск по семейным обстоятельствам. — Уже 20 октября я должен вернуться к месту службы, чтобы затем отправиться в зону проведения СВО. Либо написать отказ от отправки, что может грозить мне уголовным преследованием. Я как в западне, — с отчаянием в голосе заключает Андрей. Числится и там, и там Мы встретились с супругой Андрея Татьяной. Она тоже железнодорожница. Направила уже второе обращение в адрес военного прокурора Читинского гарнизона с просьбой разъяснить ситуацию, в которую попал ее муж, но пока не получила ответа. Также с просьбой о том, чтобы военнослужащему позволили вернуться на работу в локомотивное депо, в адрес командующего 29-й армией обращался руководитель Забайкальской дирекции тяги. Безрезультатно. — Он пошел в армию добровольно, по зову сердца. И сделал очень многое там — в зоне СВО, доказал свое мужество, всё это время был на передовой. И сейчас он не отказывается дальше служить в Вооруженных силах РФ, но почему нельзя сделать так, чтобы это происходило в Чите? Чтобы он здесь выполнял свои задачи. Здесь жилье, я в декрете, ребенку четыре месяца, дочка растет без отца. Сейчас стоит вопрос, что мне лучше выйти на работу. И конечно, я понимаю, что в том физическом состоянии, в котором он находится сейчас, возвращаться ему на спецоперацию нельзя. Поэтому, не найдя другого выхода, мы обратились в СМИ и будем обращаться в другие инстанции, чтобы восстановить справедливость, — подчеркнула Татьяна. «Чита.Ру» направил запрос в адрес пресс-службы Восточного военного округа с просьбой прокомментировать ситуацию, в которой оказался младший сержант Андрей П. В пресс-службе Забайкальской железной дороги в ответ на запрос «Чита.Ру» о том, действительно ли он остается сотрудником РЖД, сообщили, что такая информация является закрытой. Поэтому Андрей 5 октября сам взял справку по месту работы, копия которой имеется в распоряжении редакции. Из нее следует, что он продолжает работать машинистом электровоза (пассажирское движение) в Эксплуатационном локомотивном депо «Чита». Равно как у него есть и справка из воинской части о том, что младший сержант проходит военную службу по контракту.