Мама двух детей бросила работу и ушла сварщицей на завод

Жительнице Екатеринбурга Екатерине 27 лет, она жена, мама двоих детей. А еще она сварщица. Всю жизнь Катя хотела делать что-то своими руками и даже отучилась на мастера кузовного ремонта, но из-за стереотипов не смогла устроиться ни в один автосервис. Наши коллеги из E1.RU рассказывают историю Екатерины: как она едва не стала юристом, а потом нашла счастье и спокойствие в не самой популярной у женщин профессии. «Кто-то прямо говорил, что не возьмут, потому что я девушка» Екатерина встречает нас в промзоне на Уралмаше: невысокая, хрупкая, с длинными волосами, одетая в рабочую робу. Уже через несколько минут она с горящими глазами рассказывает нам, в чем разница между аргонной сваркой и полуавтоматом, а потом искры летят на самом деле — Екатерина показывает, как управляется с аппаратом. Сваркой Катя занимается больше года. Говорит, сейчас она только подмастерье и многому еще нужно научиться, но в том, что эта профессия теперь на всю жизнь — не сомневается. Родители хотели для дочери совсем другой судьбы. Когда-то по их совету Катя поступила на юриста, но бросила через год, поняв, что это не ее. «У меня был друг-механик, как-то позвал с собой, говорит: „Я буду машину ремонтировать, а ты красить“. Согласилась, показалось интересным, и я пошла это изучать, отучилась на мастера кузовного ремонта, но с поиском работы после выпуска вышло посложнее», — рассказывает Катя. На курсе было всего две девушки — явный признак перекоса половой принадлежности в профессии. В автосервисах оказались совсем не готовы к мастеру-женщине. «Это именно стереотипы. Ты показываешь, что ты можешь, у тебя всё прекрасно получается, да, есть нюансы, всем и всегда нужно в чем-то подучиться, но в ответ — отказ. Я обошла половину автосервисов города — либо работники были против женщины в коллективе, либо начальство не понимает, что девушка тоже может выполнять такую работу», — вспоминает Екатерина. Спустя три месяца безуспешных попыток Екатерина сдалась и какое-то время работала на себя в гараже. Первым клиентом стал отец: он работал водителем, и когда Кате было 17 лет, стал прививать дочке любовь к работе своими руками и машинам — часто брал с собой в гараж, учил разбираться в автомобилях. «Первая машина, которую я покрасила, была папина маленькая „окушечка“. Он меня попросил покрасить ее полностью, а потом еще отдельно капот — и за него мне было обиднее всего. Я вручную всё выводила, потому что электроинструментов не было», — вспоминает Катя. Вот только радость от проделанной работы длилась недолго — очень скоро ее испортили. «Старалась, всё сделала, а через два дня у дома этот капот полностью вырвали, чтобы украсть аккумулятор», — добавляет Катя и признается, что эта ситуация довела ее до слез. «Работать с клиентами — самая неблагодарная работа» Когда пришло время искать постоянную работу, в жизни Екатерины начался период, который сейчас она вспоминает без особого воодушевления. Сначала она работала продавцом в магазине лакокрасочных материалов, а потом долгое время ассистентом в автосалоне — общалась с клиентами, отвечала за график, документы. «На всё это ушло шесть лет. Работать с людьми для меня очень тяжело. Последней каплей стала ситуация: мы заранее обговорили с клиентом, что автомобиль будет готов в пятницу вечером, она приезжает вечером в четверг и начинает ругаться. Я показала запись, но мне заявили, что всё равно я не права. Я тогда была в положении, так что это меня доконало», — рассказывает Екатерина. Муж полностью поддержал Екатерину. Сейчас их старшей дочке семь лет, младшей — два года. «Денис отреагировал абсолютно спокойно — хочешь попробовать, иди, пожалуйста, попробуй. Потом он увидел, что у меня загорелись на это глаза, что меня тянуло к работе на производстве. Он у меня сам тоже слесарь механосборочных работ, станочник-универсал — любые станки для него не проблема», — говорит Екатерина. На логичный вопрос о том, не было ли опасений, что и тут придется столкнуться со стереотипами о том, что женщина-сварщик — это что-то странное, Екатерина отвечает: «Я уже была готова рискнуть». Сваркой Екатерина занялась не сразу. Сначала устроилась на завод менеджером, где ее посадили за стол и дали учить документацию. «День-два я учила документацию, а потом спросила, можно ли как-то втянуться в процесс и увидеть, как всё устроено. Это было предприятие, которое занималось производством промышленного кухонного оборудования — всё такое чистое, современное. Когда я это увидела, у меня глаза заблестели», — вспоминает екатеринбурженка. В один из рабочих дней Екатерина просто пришла в отдел кадров, честно призналась, что работа менеджером — это не для нее, и попросила перевести ее на само производство. Так она получила должность штамповщика. «Однажды стою, работаю, у меня уже всё хорошо получается, подходит человек и говорит: „Ты же вроде мастер по кузовному ремонту, значит, что-то было со сваркой“. Опыт был, во время учебы в колледже нам показывали, как работать на полуавтомате с электродами. Тогда я с этим справилась, но как-то не придала значения. Тут же предложили попробовать поработать на аргоне, сказали: „А у тебя хорошо получается. Лучше, чем у студентов, которые на сварщиков учатся“», — рассказывает Катя. «Сварка — это точно мое» Постепенно сварка начала нравиться ей всё больше, Екатерина оставалась после рабочего дня, чтобы тренироваться и набивать руку, прошла курсы электрогазосварщика. С того предприятия она вскоре ушла из-за разногласий с начальством, но новую работу нашла уже через два дня. «Я искала вакансии, отправляла резюме, а потом еще звонила со словами: „Я умею немножко сваривать аргоном. Можно ли у вас поработать?“ Сюда меня взяли, сказали, что готовы обучить почти с нуля», — говорит Катя. С тех пор она работает в компании «Крепость», которая занимается изготовлением лестниц на металлическом каркасе. Коллектив небольшой — всего четыре человека, но дружный, нового сварщика приняли легко, хотя, как говорят коллеги Екатерины, немного удивились. «Главное, что учится и хочет учиться», — говорит один из коллег. На фото ниже — первая лестница, которую Катя сделала сама. Без помощи тут, конечно, не обходится. Готовая лестница может весить под 200–300 килограммов, так что всегда нужны лишние руки, чтобы поднять конструкцию и что-то придержать. «Когда я пришла в первый раз, и у начальника было видно сомнение в глазах, и у сварщиков. Говорили: „В теории возможно обучить с нуля, но не представляю, как может девушка быть на этом месте“. Но поехали на объект, собрали лестницу, мне всё очень понравилось, сказала: „Всё, забирайте меня, я готова учиться. У меня терпения вагон и маленькая тележка“. Так и осталась», — рассказывает Екатерина. При нас Екатерина работала на полуавтомате, но и аргонодуговую сварку продолжает изучать. Максимально простыми словами она объяснила, в чем разница. «На сварочном полуавтомате работать легче, потому что подача проволоки автоматическая. В случае с аргоном идет работа с электродами, которые нужно постоянно затачивать, если где-то есть какие-то очень большие зазоры, то идет работа с присадкой, подключается вторая рука. Самое тяжелое — это варить аргоном на тонком металле, потому что он легко прожигается, если слишком медленно вести аппарат, он уйдет ямкой, идеально ровного шва не будет», — объясняет Катя. Самое важное в работе сварщика — умение держать руку: если она начнет дрожать, ровного шва не будет. «С полуавтоматом еще часто встречается такое понятие, как поры. Если, допустим, слишком далеко держишь ручку, подача у тебя увеличивается, всё смешивается с воздухом, как мне это объясняли, и получаются пузыри на металле. Если их потом зачищать, то деталь может треснуть. Остается только распиливать и делать по-новому. Если слишком быстро поведешь руку, шов неровно ляжет, слишком медленно — прожжешь. Всё зависит именно от руки», — говорит сварщица. По словам Кати, сварка для нее стала чем-то вроде медитации — настолько завораживает сам процесс. «Мне на самом деле понравилось, как плавится металл, он ложится так ровненько, аккуратненько. С полуавтоматом еще меня завораживает, что образуется маленькая капелька металла, которую ты ведешь за собой — меня это расслабляет. Особенно после домашних дел, где дети постоянно кричат, они у меня те еще сорванцы, еще и возраст разный», — признается Катя. Попробовав столько разных профессий и найдя себя в роли сварщика, Катя говорит, что детям давать никаких наставлений не собирается, свой путь они найдут сами. Сейчас старшая дочь больше склоняется к творчеству, а младшая очень любит машинки и играет в них, а не в куклы. Екатерина надеется, что какие бы профессии не выбрали девочки, со стереотипами они не столкнутся.