Траур пиара ради и «легкие» города гибнут: журналистка рассуждает о событиях недели в Кузбассе

Минувшая неделя в Кузбассе была, честно говоря, напряженной и насыщенной на события. У чиновников региона находили новые скелеты в шкафу, экоактивисты объявили войну ученым в Кемерове, а в конце неделе — область оказалась вовлечена в авиакатастрофу в Амурской области. Подробнее обсудить произошедшее с читателями NGS42 решила корреспондент Лера Городецкая.

Самая резонансная история недели оказалась связана, что удивительно, с деревьями. Биологи заявили, что Сосновый бор в Кемерове полностью исчезнет всего за 25 лет. Варварски уничтожают «легкие Кемерова», защищающие горожан от выбросов, агрессивные сорняки. Как мы знаем, выживают сильнейшие, а реликтовые сосны в этом случае оказались в позиции слабых.

Спасти дорогую горожанам зону, уверяют ученые, можно за счет санитарной вырубки, которая запрещена из-за принятых в «лохматые годы» законов. Недавно их пересмотрели и с 1 сентября работы на территории разрешат.

Пока эксперты это объясняли, к бору набежали эко-активисты с возгласами: «не трогай!». В соцсетях «зеленые» объявили войну тем, кто зайдет туда с бензопилой.

Во многих случаях, как было, к примеру, в Новокузнецке защитники и правда спасали зеленые зоны от рук бизнесменов. Сейчас же за голословными заявлениями стоит, как по мне, чистый страх. Главный тезис «защитников» — природа сама разберётся. Но давайте признаемся честно, бор давно превратился в смешанный лес. Смог ли он себя спасти от этой участи? Нет. Какую сторону в этом споре примите вы, расскажите в комментариях.

За годы работы в журналистике я точно поняла: больше, чем уголовные дела над чиновниками кузбассовцев интересуют деньги местных олигархов. Личность Михаила Федяева, которого не зря называют «серым кардиналом» региона, знакома нам не только из-за многомиллиардного состояния и политического капитала, но и трагедии, виновником которой он стал.

Лично у меня интерес в материале, ставшим одним из самых читаемых на неделе, вызывает часть про «возрождение из пепла». Где еще, кроме России, можно представить, что бизнесмена, на чьей шахте погиб 51 человек и за это осужденный, вскоре предстанет в роли некого «спасителя»?

Мы тут с вами обсуждаем новости, а экс-министр здравоохранения Дмитрий Беглов о них скорее всего и не в курсе. Второй месяц чиновник, обвиняемый во взятках, сидит в изоляторе, где останется до осени. Ровно столько же, сколько он видит мир через решетку, правоохранители официально не комментируют его арест. Почему? Давайте порассуждаем в комментариях. Перед этим стоит почитать всю информацию вокруг коррупционного скандала, которую мы собрали в короткие карточки.

Тем более в последние недели в истории с его делом открывалось все больше любопытных моментов. Сначала следователи (о чем опять же официально не говорилось) пришли с обысками к приближенной Беглова, а вскоре и к бывшей жене — ныне зам главврача кузбасского онкодиспансера. Подробнее, что известно о экс-возлюбленной, ездящей на Mercedes с «блатными номерами», мы рассказывали ранее.

Кузбасс в целом в последние месяцы ставит рекорды по коррупционным скандалам. Один из них дал о себе знать в конце неделе — экс-глава Кемеровского округа Марина Коляденко попыталась выйти на свободу.

Мы, конечно, вели репортаж из зала заседаний, куда не пришел возлюбленный обвиняемой — замгубернатора Кузбасса Глеб Орлов. Хотя это была единственная возможность увидеть сожительницу, ведь свидания с ней запрещены.

Во время процесса адвокат продолжала настаивать, что ни бывшая чиновница, ни ее гражданский муж, курирующий стройки региона, не смогут повлиять на дело, связанного, ой, с возведением жилья. Судью доводы защитницы не впечатлили.

Незадолго до заседания мы ездили на Металлплощадку, где жила Коляденко. Чем обернулось для поселка правление чиновницы, можно увидеть на кадрах.

Новости об участниках СВО редко появляются в Кузбассе из-за специфической политики властей — старательное молчание и игнорирование запросов СМИ. Хотя, судя по комментариям, жителям интересно знать об историях соотечественников, ушедших «за ленточку».

Так споры разразились под материалом о погибшем на спецоперации новокузнечанине Илье Киселеве. Его родным не хватило 16 млн рублей компенсации и они подали иски на Минобороны, требуя еще по 3 млн на каждого члена семьи. Большинство комментаторов не понимают, как и до какой степени можно оценивать жизнь человека, требуя за его героическую гибель все больше и больше денег.

Поводом для обсуждений стала гибель еще одного кузбассовца — Сергея М. Вахтовик стал одним из 48 погибших в авиакатастрофе в Амурской области. Власти Кузбасса в лице губернатора Ильи Середюка сразу пообещали помочь семье, в том числе материально. Следом волну подхватил глава Кемерова.

На следующий день мэрия Новокузнецка и вовсе опубликовала сообщение, что в Кемеровской области якобы введен трехдневный траур по жертвам трагедии. В знак скорби по погибшему кузбассовцу администрация отменила все увеселительные мероприятия. Вскоре пост был удален.

Как оказалось, официальных постановлений о трауре не было, но интернет все помнит. Да и в целом, если честно, это странная инициатива от Новокузнецка. Мы, например, не объявляли траур о погибшим горняке, тело которого навсегда осталась под тоннами породы. Причем подобные единичные трагедии на предприятиях области случаются часто, но никто и не думает поддержать близких жертв и приспустить флаги по этому поводу. Кому хотели «подмахнуть» новокузнецкие власти, пишите свои варианты в комментариях.