«Даже целоваться — грех». Как журналист чуть не стала женой священника. Ее рассказ о знакомствах в дейтинг-группе для православных

8 июля в России отмечали День семьи, любви и верности, он же — праздник Петра и Февронии или, как его иногда называют, православный День святого Валентина. Корреспондент MSK1.RU Серафима Путиева поделилась своим опытом знакомств в дейтинг-группе для верующих. Она рассказала, кто пользуется «православными знакомствами» и каково общаться с будущим батюшкой, который предлагает стать его женой. Мне было лет 18, когда я зарегистрировалась в группе знакомств для верующих. Вступить туда мне настоятельно посоветовала одна приятельница семьи. Не могу точно сказать, решилась ли я тогда на это всерьез ради нового опыта или из желания посмеяться над нелепыми подкатами. Во всяком случае, я была готова отнестись к кандидатам неиронично, если они покажутся мне интересными собеседниками. В анкете нужно было указать возраст, рост и что-то о себе. Я решила, что расскажу об увлечениях: тогда я училась на первом курсе журфака, участвовала в создании студенческой газеты и занималась фотографией. Хотела еще перечислить любимые фильмы и книги, но составленный список, включавший «Заводной апельсин», показался мне недостаточно православным, и я его удалила. Проглядев уже опубликованные анкеты, я поняла, что другие девушки почему-то настоятельно упоминают о своих целомудренных намерениях и пишут, что ищут именно мужа. Я не стала писать, что ищу именно мужа, потому что это было, само собой, не так. Выбрала в меру целомудренную и расплывчатую формулировку в духе «ищу в первую очередь интересного общения, но готова к чему-то большему». Настоящая русская После того как анкета была опубликована, мне в личку посыпались сообщения от православных мужчин. Как оказалось, далеко не всех смущает разница в возрасте: мне писали и 35-летние (они, кстати, были настойчивее прочих). По мере сил и свободного времени я отвечала моим собеседникам, старалась вести осмысленный диалог, мягко «сливая» тех, с кем, как я поняла, ничего не выйдет. — Бог благословил тебя такими красивыми глазами, — писали мне. — Настоящая русская девушка! Про то, что я «настоящая» и «русская», упоминал, наверное, каждый второй. Было непривычно слышать о национальной принадлежности в таком тоне, будто это главное мое достижение в жизни. Я даже не знала, как реагировать. Сказать «спасибо» в ответ на восторженное замечание, что я русская? В тот период у меня были очень длинные волосы, и для анкеты я специально выбрала фото с косичкой, чтобы соответствовать антуражу. Поэтому много комплиментов получала не я, а именно «коса до пояса», так, будто она была отдельной от меня сущностью. Кстати, целомудренные намерения действительно являются краеугольным камнем православных знакомств. Не раз мои собеседники настаивали (хотя я не спрашивала), что пальцем не тронут девушку до свадьбы. Для некоторых даже целоваться — грех. Батюшка ищет матушку Один из самых примечательных собеседников написал мне через несколько дней после публикации анкеты. Это был молодой семинарист, который прицельно искал себе жену, чтобы обзавестись семьей перед рукоположением. Семинарист — студент духовной семинарии, который готовится после выпуска стать священником. Для того чтобы быть рукоположенным (получить сан), нужно быть женатым. Если на момент получения сана священник не женат, семью завести он больше не сможет. У меня сложилось впечатление, что этот семинарист немного спешит. Видимо, до окончания обучения оставалось не так много времени и необходимость найти жену была особенно ощутимой. Я сразу сказала, что к браку не готова, но он, кажется, не воспринял это всерьез. Может быть, потому, что в группе, судя по анкетам, к браку были готовы все. — Я мечтаю о настоящей большой семье, — рассказывал мне семинарист. — Буду служить в какой-нибудь деревенской церкви, и у нас будет свой дом, хозяйство, дети. Разве не здорово? Для меня это точно было не здорово. Я мечтала путешествовать по Европе, работать на Discovery, поступить в магистратуру за рубеж. То, что описывал мой семинарист, было сущим кошмаром, хотя родители такой перспективе были бы, скорее всего, рады. «Доброе утро, радость моя!» Какие же знакомства без свиданий? Вот и мои православные собеседники не все остались в онлайне — одному из них удалось уговорить меня встретиться. Успехом Илья (имя изменено, все совпадения случайны) был обязан в первую очередь своей настойчивости: каждый мой день начинался с его одинаково-жизнерадостного: «Доброе утро, радость моя!» Я с натужной улыбкой отвечала что-то ироничное, и он засыпал меня вопросами о моих планах на день (и на жизнь), о том, что я люблю есть, куда ходить и прочем. В конце концов, он предложил встретиться. Вернее, не предложил, а поставил перед фактом: я возвращалась с пар, и он сказал, что ждет меня у метро. Мне не очень понравился такой сюрприз, но делать было нечего. Мы немного прошлись по соседнему скверу, и я сказала, что мне пора бежать. Напрасно я надеялась, что краткой встречи будет достаточно. Илья настаивал на том, чтобы мы обязательно вместе погуляли в парке. Я решила согласиться, но позвала с нами подругу, потому что такой уровень навязчивости уже казался мне нездоровым, и я хотела проучить моего ухажера — мы с подругой были остроумны и, пожалуй, безжалостны. Свидание прошло ожидаемо неловко, но, вероятно, менее неловко, чем если бы на нём мы с Ильей были вдвоем. Он рассказывал какие-то истории из жизни, предложил покататься на аттракционах, но оказалось, что ни у кого из нас нет денег. На том и разошлись. Илья, вопреки ожиданиям, окончательно не пропал, и даже через пару лет после того, как я удалила свою анкету и забыла уже о православных знакомствах, он иногда заявлял о себе тем же странным и жизнерадостным: «Доброе утро, радость моя!» Читайте также о том, как наша корреспондент училась в православной школе и почему это привело ее к атеизму. Кроме того, мы публиковали историю китайского студента, который приехал в Россию, чтобы стать православным священником.