Едва не дала (по газам): как я училась ездить на троллейбусе в Кемерове и чуть не бросила всё ради дорог

Каждое утро тысячи кемеровчан делают одно и то же: плетутся на остановку, ждут, заходят, прикладывают карту и доезжают до точки назначения. Мы злимся, когда автобус опаздывает, радуемся, когда трамвай пустой, и вздыхаем, когда троллейбус плетется из-за пробок. Но что происходит с транспортным миром до того, как мы зашли в салон, и после того, как вышли? Журналистка NGS42.RU провела один день в троллейбусном депо, узнала всю «внутрянку» работы и попыталась стать «высококлассным» сотрудником.

Кажется, что моя связь с маршрутом № 15 возникла задолго до того, как я, поспавшая каких-то несколько часов, похожая на зомби, потащилась на остановку в 4 утра проверять на безопасность ночные прогулки по Заводскому району и ждать дежурный троллейбус, который должен был подкинуть меня до депо.

В редакции мы недолго думали, с какой стороны заглянуть в общественный транспорт. С градусником в жару уже проверяли — выяснили, что можно поджарить не только яичницу, но и корреспондента в салоне. До этого — как быстрее добираться из района в район. Да и в целом изучили тему вдоль и поперек. Так и появилась идея посмотреть на ситуацию другими глазами — водителя.

Неудобства начались сразу, когда я узнала, что на базе нужно оказаться в 5 утра, а выехать и того раньше. Вот к какой профессии подходит выражение ни свет ни заря, потому что ни того, ни другого на улице еще не было. Хоть я и не самурай, но этот путь нужно было пройти. Так в половине пятого я оказалась в дежурке с моим будущим коллегой на день, что был явно бодрее меня.

Первое, что ждет каждого сотрудника, помимо «доброго утра» на КПП, — медосмотр. Измеряют давление, температуру, алкоголь в крови, спрашивают о самочувствии. Меня, как оказалось, хоть в космос отправляй, поэтому разрешение выхода на рейс, пусть и не по-настоящему, мне выдали без проблем.

Возле кабинета расположился стенд с инструктажами по технике безопасности. Рядом на столе — пухлые папки с маршрутами, которые предстоит взять, и реклама о наборе подростков на работу.

— Берут подростков на 4 часа в день — нетрудную работу выполнять. Тех, у кого в семье ситуация сложная или на что-то накопить хочется. Часто чада сотрудников приходят,  — видя мою заинтересованность, рассказывает один из работников.

Понемногу очередь к кабинету растет. Атмосфера в коллективе, как мне показалось, дружественная, почти семейная: отовсюду слышатся локальные шутки или истории с рейсов. А главное — все бодры так, словно за окном вовсе не 5:30 утра, а зенит трудовых будней.

— Вчера, так сказать, праздник у молодежи был, выпускные, сами понимаете, за дорогой следим очень внимательно, мало ли, — говорит напутственные слова один из руководителей, старожил предприятия.

В наставники мне приставили Светлану — водителя троллейбуса с 23-летним опытом, которая, словно курочка-наседка, с милой улыбкой стала кружить вокруг меня, объясняя попутно каждый шаг.

— Сейчас подойдем к моей «ласточке», покажу тебе, что и как тут работает, но сначала соберем документы и заберем угольки для штанг, — заученно диктуя каждое действие, произносит она.

— Угольки кузбасские? — спрашиваю.

— Еще бы! — отвечает женщина.

Позже мне объяснят, что они спасают при работе с сетями, ведь при трении «рожек» с проводами стирается именно уголек.

— А у вас много было стажеров? — задаю вопрос.

— Сейчас и не вспомню. Больше 20 лет за рулем, много через мои руки прошло профессионалов, в том числе наши сотрудники, — не скрывая гордости подмечает водитель.

Дальше нас ждала сплошная бюрократия — росписи в журналах и разной техдокументации, от числа которых голова начала идти кругом. А впереди еще полный осмотр транспорта — второй за утро, но, как говорит мой учитель, далеко не последний.

Главное — посмотреть колеса, проверить все системы и, что мне показалось самым сложным и интересным, — «разборки» со штангами или в народе «рожками». Работа грязная, но важная, именно от них и зависит, поедет сегодня троллейбус или нет, ведь именно эти крепежи между сетями и штангами спасают от быстрого износа троллейбуса.

Пока Светлана разбиралась с угольками на крыше, она рассказала, что в теплое время их меняют всего раза 2–3 в день, а вот в морозы такая процедура может проходить значительно чаще. Всё, что остается, — поднять лестницу, которая только визуально весит несколько десятков килограмм и которую хрупкая женщина ростом в полтора метра закидывает наверх, словно эта железяка легче пуха.

— Раньше не убирали, но появились дети-зацеперы. Поломки и какие-то неисправности не пугают, можно разобраться, починить, это же машина. А тут жизни человеческие на кону, прицепится, упадет, кто будет отвечать? — уже зная ответ, спрашивает шофер.

Раньше мне казалось — ну чего сложного? Получил права, сел «за баранку» да поехал. Но за час в депо узнала столько информации, что сложилось впечатление, будто меня и правда забросят не на кемеровские дороги, а в открытый космос.

— 2 с половиной года назад нам начали пригонять новые троллейбусы. Например, этот со мной уже больше 100 тысяч километров намотал. Всё очень автоматично: дисплей, как на смартфоне, и даже поднятие штанг с кнопочки — можно практически не выходить из кабины. «Адмиралы» 30 километров могут проехать как автобусы, без присоединения к сетям, — отмечает работница.

Когда до выхода на линию оставалось 10 минут, мы успели выпить кофе и отправились на 12-часовую смену. По дороге к троллейбусу, пока нас не разделила стеклянная дверь, я успеваю задать вопросы про условия работы.

— Зарплаты достойные, от 100 тысяч рублей, но очень на любителя, кому вечно куда-то бежать нужно — не подойдет. А мне что? Села и поехала. Я дорогу люблю. График сменный два-два, кто-то переработки берет, не запрещено. Водителей не хватает, но мы как-то выходим из ситуации, новых обучаем, — замечает женщина.

Очередная проверка транспорта мастером на выезде — и вот мы уже мчимся до остановки на Двужильного. За руль меня, конечно, не пустили — не только потому, что я не прошла обучение в несколько месяцев, но еще и потому, что у меня нет водительских прав.

После очень прохладного мая в городе в один день наступило какое-то слишком удушливое лето, даже ранним утром градусник показывал 17 градусов внутри салона.

— Вот помнишь, жаловались на мороз в домах, когда отключали отопление? Так мне тут говорили, что в троллейбус садятся, чтобы погреться просто, — замечает Светлана.

Чтобы не отвлекать водителя, я перешла в салон, где у меня было время понаблюдать за первыми пассажирами. Большинство — такие же сонные, как и я, отправляются на работу или учебу, мамочки везут детей в садик, но чего-то в этой картине очень не хватало. И этим чем-то было «передаем за проезд».

Как оказалось, профессию кондукторов здесь просто упразднили — синие экранчики валидаторов и карты полностью вытеснили женщин с сумками на шее, потому что так выходит экономнее. Но людей на улицу не погнали, а переобучили на тех же водителей или поставили на обслуживание парка.

Первые часы на рейсе всё было романтично — снаружи постепенно просыпающийся город, мелькающие домики и бесконечная дорога впереди. Я уже и правда подумала, что, может, стоит бросить всё, жить, дышать этим (и я вовсе не про пыль с дорог) и возить земляков.

Но проехав один полный круг, поняла, что у меня уже отваливается спина и укачивает из-за постоянного сидения на одном, но очень трясущемся месте. Кажется, что я слишком натурально представляла себя на месте водителя, который отвечает буквально на всё, и переволновалась. Выходя, я бросила взгляд на Светлану, которой в этой жаркой ловушке придется провести еще как минимум 9 часов.

За всё это время был один перерыв — 5 минут на КЭТК, где я покинула салон, встала на твердую землю и пошла изучать устройство депо — о нем вы узнаете в следующем материале.

Вернулась в вагон я на последнем рейсе, чтобы закрыть день «как полагается». И вновь меня под крыло взяла Светлана. Теперь всё, что мы делали утром, проходило в другом порядке: в мойку, на осмотр, документы, медик. И вновь на это ушло больше часа.

— Нужно говорить обо всём, даже самые мелочи важны, это банальная безопасность на дороге. Даже если просто подозреваешь — говори, пусть проверят, зато тебе завтра будет спокойнее самому, — подводит итог Светлана.

Закончив со всеми делами, я наконец-то смогла отправиться домой. Рухнув на подушку в 9 вечера, я представила, что, если бы я и правда работала, завтра мне бы пришлось всё это повторить. Захотелось плакать и написать выдуманное заявление на увольнение.

Ранее мы писали, что в Кемерово привели 62 новых современных троллейбуса «Адмирал».