«Силовики, губернаторы сидят, тоже авторитеты?»: как и за что судили «последнего положенца» Кузбасса

Рецидивист, дворник, наркобарыга, отец двух детей и «положенец». Сложно поверить, но это всё про одного жителя Юрги — Павла Лебедева. В кругах криминальных его знают как Паху Лебедя — правую руку одного из воров в законе, в местах не столь отдаленных — осужденного за убийство и хранение веществ, в медиа — первого в истории Кузбасса криминального авторитета, осужденного по новой статье. Сам себя он считает обычным жителем региона.

Как проходило заседание, где ему выносили приговор, что известно о «блатном» разнорабочем и его деле, редакция NGS42.RU рассказывает в постоянной рубрике «Криминальный вторник».

Юргинца Павла Лебедева обвинили в занятии высшего положения в преступной иерархии в 2022 году, когда тот отсиживал очередной срок в колонии. Дело мгновенно привлекло внимание всей Сибири. Повышенный интерес общественности был не столько к личности названного «положенца», сколько к статье, по которой он оказался на скамье подсудимых.

Прямую ответственность за лидерство в преступной среде ввели незадолго до его задержания — в 2019 году. Тогда новшество в уголовном кодексе казалось запоздалым. В частности в Кузбассе считалось, что вместе с ушедшем в бега Сашей Шамазом эпоха воровских порядков канула в лету.

И тут появился некий Павел Лебедев, имя которого в медиа ранее никогда не звучало. На первых заседаниях стало известно, что блатным статусом, по версии силовиков, его наделили во время одной из сходок в 2016 году. Покровителем стал вор в законе Коля Томский Кузьмичев.

— Его сильный характер и лидерские качества помогли ему завоевать уважение в криминальной среде, — говорилось в обвинении.

От имени Томского Паха установил полный контроль над нелегальными процессами в военном городке. В сферу влияния, как заявили следователи, входил и сбор денег в «общак» для поддержки авторитетов за решеткой, и решения споров местных преступников, и назначение смотрящих.

По воле Томского на территории расцвели проституция, наркоторговля и «крышевание» бизнеса, в первую очередь — фирм частного извоза. Отдельной и особенно циничной статьей дохода стали систематические вымогательства у военнослужащих.

Через несколько лет мужчина отправился в новую «ходку»: его накрыла полиция с крупной партией наркотиков. В СИЗО-1, куда он попал на время расследования, о блатном положении уже знали, поэтому лидерские позиции, как говорилось в обвинении, он не потерял.

В изоляторе авторитет якобы следил за соблюдением воровских порядков, а также доставал для арестантов телефоны. Одного из сокамерников Паха Лебедь и вовсе заставлял взять на себя вину за его преступление, а после отказала приказал вышибалам покарать мужчину. Наказание насилием назначалось всем, кто как-либо нарушал решения «положенца».

В деле есть информация и о случае голодовки в изоляторе: несколько арестантов таким образом требовали смягчить им условия содержания. Паха вел переговоры с администрацией, и только после его отмашки преступники стали принимать еду.

С этим огромным послужными списком Лебедев и оказался в 2022 году на скамье подсудимых. Свою вину по всем пунктам он отрицал до самого приговора — 19 декабря 2025 года.

В начале заседания в Кемеровском областном суде Паха требовал удалить журналистов: якобы его больная пожилая мама не знает обо всём происходящем. Но, когда судья отказала ему в просьбе, он был не прочь «откровенно» поговорить с корреспондентом NGS42.RU.

— Я таким, что обо мне говорят, не являлся, — сразу начал Лебедев. — Если бы вы снимали весь процесс, то поняли правду. Я надеюсь, что суд наш будет справедлив. «Положенцем» я не был.

— А кем были?

— Видите, это всё было исследовано на суде…

— Так вы были связаны с криминальным миром?

— Ну у меня широкий круг общения. Насколько я знаю, законодательство не запрещает иметь знакомых. Сейчас даже сотрудники силовых структур, мэры, губернаторы сидят — их тоже называем криминальными авторитетами?

Для человека с восьмью классами образования Павел неплохо ведет беседы: умело уходит от неудобным вопросов, легко ориентируется в юридических терминах, в речи старается не употреблять воровской жаргон, хотя блатные словечки иногда проскакивают. О своем криминальном прошлом и настоящем говорит дозированно и обтекаемо.

В 2001 году, что он не скрывает, он впервые попал в колонию. Правда, за что, Лебедев не упоминает, ведь статья тяжелая — убийство.

— Моя огромная вина, что я оказался там [в колонии]. Видите, там были определенные условия содержания. Как бы сказать правильно… В общем, если бы я жил по-другому, мог оказаться в касте опущенных. Мне приходилось отстаивать свою честь и достоинство. Тем самым меня сделали каким-то криминальным авторитетом, но это не так, — возмущается мужчина.

После освобождения в 2013 году Лебедев, по его словам, всё осознал и начал нормальную жизнь, но связи с криминальной средой почему-то не оборвал. После колонии он работал дворником, занимался частным извозом, незадолго до второго ареста ушел в разнорабочие.

До отъезда в колонию мужчина успел даже обзавестись семьей. Двое его детей-школьников до сих пор не знают, куда несколько лет назад пропал папа.

Словно оговариваясь, Лебедев бегло упоминает, что супруга работала в силовых структурах. И следом заявляет, что разведен. Причиной «разрушения семьи», по его мнению, стал не тюремный срок, а давление на близких от следователей, запрет на свидания и потеря надежды на правосудие.

— Увы, так сложилось в нашей стране, что, если ты попадаешь в эту систему, виновен или нет, всё равно понесешь наказание. А говорить можно всё что угодно. [Следователи] нашли каких-то тайных свидетелей, которые отвечают на вопросы: «Так точно!» Не был я переговорщиком в СИЗО. Мы на заседание вызывали этих арестантов — некоторые не знали о моем существовании, — отмечает Лебедев.

Противоречит словам Павла о «простом семейном счастье» найденное у него во время обысков оружие, четки с символикой воровского мира, колоды карт, кобура скрытого ношения и балаклава. Мужчина в ответ заявляет, что при этом у него нет имущества, даже машины, хотя по делу он стабильно получал большую долю из «общака» и от рэкета.

В конце разговора Лебедь уходит от темы с невиновностью и начинает говорить о патриотизме и желании отправиться на СВО. За ленточку он якобы планировал уйти еще несколько лет назад, но новое уголовное дело не позволило. Теперь мужчина расстроен, что с его статьей брать в руки оружие запрещено.

— Я патриот страны, своего государства. Мой дед погиб на войне. Сейчас мы с фашистскими захватчиками боремся, — взволнованно говорит мужчина, и в этот момент в зал заседаний заходит судья.

Через несколько минут становится понятно, что подписать контракт с Минобороны Павел Лебедев пока не сможет. Кемеровский областной суд признал его виновным — первым в истории Кузбасса по этой статье — и отправил «положенца» в колонию на 10 лет и 5 дней.

Неровный срок — это не ошибка. Всего несколько суток его оставалось отсидеть по прошлому приговору. Паха Лебедь и его адвокат планируют обжаловать вердикт.