
По словам собеседников портала, те дела, которые следователи не хотят расследовать, специально затягивают
Спустя три месяца после того, как главный борец с коррупцией Леонид Харитонов сам стал фигурантом дела о взятке, в СКР Кузбасса случилось новое задержание. Наручники надели на его подчиненного — Дмитрия Гофмана, который сознался в похищении вещдока — пачки налички. Когда блюстителей закона из следкома арестовали, в редакцию NGS42.RU стали звонить знакомые с ними люди. Некоторых они отправляли за решетку, других должны были защитить. Их истории мы будем рассказывать в рамках рубрики «Криминальный вторник».
Первой в нашу редакцию на фоне громкого ареста обратилась жительница Топков Анастасия В. (имя изменено по просьбе героини. — Прим. ред.). По словам девушки, с работой отдела, которым руководил Харитонов, она столкнулась, когда заявила о коррупции в местной полиции. Но вместо ожидаемого расследования, по ее словам, началась бесконечная волокита.
— Думаю, они рассчитывают, что потерпевшие забудут обо всём, устанут обращаться, — заявила в разговоре собеседница.
История Анастасии началась, казалось бы, с рядового дачного конфликта в топкинском садоводстве. Девять лет назад в один из домиков заселились мигранты из Таджикистана, и поначалу они вели себя тихо и дружелюбно.
Но в 2021 году один из них — Абдурахмон Усманов, который сейчас числится в перечне террористов и экстремистов, — получил российский паспорт и, как отмечает горожанка, почувствовал себя вольготнее. Мужчина начал буянить — орал без повода, грубил, лез в драки с соседями и даже угрожал сжечь заживо или зарезать. Всё это, как говорит Анастасия, ему сходило с рук, несмотря на жалобы жителей в полицию.
— Сначала он засыпал камнями нашу машину. После этого, в июле 2024 года, приехал к даче моих родителей и в присутствии сотрудников ГИБДД напал с палкой, размахивал ею, кричал, что убьет, подожжет дом, людей и обещал устроить геноцид. Мы записали это на камеру, диктофон и вновь обратились в полицию, — вспоминает жительница.
Семья настаивала на возбуждении уголовного дела, но, по словам Анастасии, всё ограничилось административным — «мелким хулиганством».
Видеозапись с репликами Усманова позже всё же отправили на лингвистическую экспертизу, но не полиция, а вмешавшийся в ситуацию СКР. Произошло это, по мнению горожанки, только из-за общественного резонанса, так как она опубликовала видео с нападавшим в соцсетях.
По итогам анализа мужчина и попал в список террористов и экстремистов. При этом дело по факту угроз и националистских высказываний третий год без приговора.
Спустя несколько дней после перепалки мужчине назначили трое суток ареста, но, как говорит собеседница, он свободно гулял по городу.
У девушки нет прямых доказательств, что Усманов не содержался в изоляторе. Анастасия ссылается на слова знакомых и переписку в телефоне мужчины, согласно которой его якобы выпустили по договоренности.
Девушка считает, что мужчине всё сошло с рук, так как он «близко дружил» с местными предпринимателями и правоохранителями — одним из замглавы городского ГИБДД и участковым. По ее мнению, в полиции якобы пропали некоторые документы, в том числе показания свидетелей.
Тем не менее, обивая пороги следкома, она всё же смогла добиться возбуждения именно уголовного дела по хулиганству и инициировать проверку в рядах полиции.
А в конце лета 2024 года Усманов пропал. Как оказалось, его отправили в СИЗО по обвинению в тяжком преступлении — похищении и групповом изнасиловании местной жительницы. Причем, по словам Анастасии, события произошли зимой 2023 года, жертва сразу обратилась как в больницу, так и в полицию, но причастных не задерживали.
После ареста Усманова все дела против него объединили и передали в четвертый отдел кузбасского следкома. Однако и там особых подвижек не произошло.
Самый показательный пример, как утверждает Анастасия, — история с телефоном обвиняемого, который силовики «не смогли вскрыть», объяснив это тем, что он заблокирован. Примечательно, что ранее правоохранители рассказывали, что сделать это легко с учетом современных технологий.
При этом девушка во время ознакомления с материалами дела, когда ей выдали смартфон Усманова, с легкостью смогла его разблокировать. В редакцию она прислала несколько фотографий с переписками, где на кадрах видны два контакта: «Манул» и «Дело». По словам горожанки, она соотнесла номера телефонов, и оказалось, что первый — супруги мужчины, второй — участкового, который экстремиста задерживал. С обоими он общался о том, как его отпустили в день ареста.
По словам Анастасии, четвертый отдел СКР знал о переписках, но почему-то не нашел нарушений в полиции Топков, а также закрыл уголовное дело по хулиганству.
Но летом 2025 года девушка вновь вынесла историю в соцсети. На публикации отреагировала пресс-служба председателя СКР Александра Бастрыкина. Расследование поручили второму отделу под началом Харитонова — так материалы и оказались на столе следователя Дмитрия Гофмана, которого на прошлой неделе арестовали по обвинению в хищении денег-вещдоков.
Анастасия говорит, что поначалу работа силовика вселяла надежду, но вскоре бюрократическая карусель завертелась даже с большей силой. По прошествии полугода дело до сих пор не возбудили, что нарушением признала даже прокуратура (документы есть в распоряжении редакции. — Прим. ред.). Несколько раз отдел пытался вернуть расследование в Топки, но безуспешно.
Ко всему прочему, девушка не согласна, что проверку проводят по статье о халатности, хотя всё происходящее, по ее мнению, — служебный подлог или превышение должностных полномочий.
— На вопросы, почему с августа не возбуждается дело, почему материалы направлялись в Топки, почему проверка по халатности, следователь Гофман ответил: это поручение бывшего руководителя второго отдела Харитонова. Как оказалось, нет никакого контроля от Бастрыкина, это маркетинговые фразы, чистый фарс, — жалуется собеседница издания.
Редакция NGS42.RU направила запрос в пресс-службу областного следкома с просьбой прокомментировать проверки и расследование уголовного дела, о котором говорит Анастасия. Их ответ мы публиковали ранее.
Ранее мы рассказывали, что известно о руководителе второго отдела по расследованию, а также общались с его бывшими коллегами и экспертом о последствиях его ареста для следкома и судебной системы в целом.






