Силовики показали портрет типичного коррупционера: кто из кузбасских чиновников под него подходит

Генпрокуратура России раскрыла, как чаще всего выглядят и чем живут коррупционеры. Как оказалось, многие из них — мужчины, которые радеют за совесть, но скептично относятся к законам. Насколько к этому портрету подходят уличенные во взятках чиновники Кузбасса и какие черты можно найти у действующих управленцев, выяснила редакция NGS42.RU.

Портрет «типичного преступника» Генпрокуратура составляла на основании сходств всех осужденных за коррупционные преступления в России. По факту — это статистика, которая может иметь погрешность, так как указанные детали не более чем усредненные ориентировочные данные.

В 2025 году типичный коррупционер — ранее никогда не судимый мужчина от 30 до 49 лет. Он образованный и состоявшийся человек, за его спиной, помимо темных делишек, диплом о высшем образовании, хорошая должность в найме, жена и дети.

Людям взяточник кажется прагматичным и амбициозным. Он нацелен на конкретный результат, активен, энергичен и падок на власть. В нем уживается гигантское самомнение и неистребимый оптимизм.

— Они [взяточники] вполне адекватно оценивают свое настоящее, хотя в будущее смотрят излишне оптимистично, — отмечает ведомство.

Типичный коррупционер в целом уверен, что его никогда не поймают, поэтому визит вооруженных оперативников в масках, как правило, становится для него полной неожиданностью.

Наверное, этим и объясняется, почему в последнее время преступники так часто попадают на оперативные кадры в одних трусах. Как, к примеру, директор кемеровского стадиона «Химик» Денис Яковлев.

Образцовый «оборотень в костюме» уверяет себя, что ему не чужды такие ценности, как совесть, мораль и порядочность. А вот Уголовный кодекс страны, по его мнению, — штука несправедливая, ведь он по какой-либо причине имеет право отщипнуть жирный кусок от казенного пирога. Исследователи называют это явление «коррупционной нормой» среди чиновников.

Список кузбасских чиновников, уличенных в коррупции, за последние годы сильно расширился. Причем если сопоставить свежие уголовные дела, то словно с наших фигурантов и составляли фоторобот типичного преступника.

Взять экс-министра здравоохранения Дмитрия Беглова, признавшего вину в многомиллионных взятках. Ему 44 года, с бывшей супругой Анжеликой, которая до недавних пор работала замглавой кузбасского онкодиспансера, у него двое детей. В третий раз мужчина стал отцом, уже будучи в СИЗО, что говорит о его продуктивности и уверенности в завтрашнем дне.

У Беглова два диплома о высшем образовании и еще куча «корочек» о повышении квалификации. Но после обучения он ни дня не лечил пациентов, а сразу пошел по руководящим постам.

Уверенность в собственной неуловимости и самомнение видны у Беглова и в страсти к моде. Экс-министр не стеснялся выходить в свет в брендовых куртках и пиджаках стоимостью в десятки зарплат медсестер и врачей. Даже в СИЗО мужчина отправился в недешевом «луке» в кофте итальянского производства.

Бывшего мэра Анжеро-Судженска Александра Рыбалко, выдавшего взяткодателям «домашние задания» и отправившегося за это на 12 лет в колонию, тоже характеризовали как излишне амбициозного, «жесткого и высокомерного».

— Многие жители и работники были недовольны, что, по сути, он никого не слушал. Как он сказал, всё так и должно быть. Его характеризуют как достаточно жесткого, уверенного в себе человека. Он не любит критику. Считает, что есть только одно правильное мнение — это его, — рассказывал нашей редакции следователь, разбиравшийся в его махинациях со льготным жильем.

Типичные черты коррупционеров можно найти и у фигурантов громкого дела РЦСС — Владислава Нефедова и Василия Чигвинцева. Им доверили ключевые спортивные объекты Кузбасса, когда обоим еще не стукнуло 40. И не просто так — за плечами был солидный багаж опыта, им пророчили большую карьеру в политике. Но это, увы, не уберегло их от непреодолимой тяги к деньгам, ноутбукам и игровым приставкам.

К «портрету казнокрада» охотно выстраиваются и другие чиновники самых разных калибров, уличенные в коррупции: от инспекторов Ростехнадзора до сотрудников кемеровской администрации. Дела многих из них расследовал, пока не примкнул к злу, 37-летний следователь Леонид Харитонов, тоже имеющий не мало «типичных» качеств: молодой и целеустремленный «достигатор».

— Как руководитель отдела он был очень хорош, грамотно организовывал работу, очень придирчив и дотошен. Было понятно, что рано или поздно он пойдет на повышение, — рассказывал нам один из его бывших коллег.

Амбициозность мужчины проявилась как минимум в сумме взятки, рекордной для Сибири, — около 100 миллионов рублей.

Нужно отметить, что портрет коррупционера очень размыт, его черты, если знать куда смотреть, подходят многим. Средний возраст чиновников сейчас — около 40 лет, в принципе, под описание может попасть практически кто угодно.

Сейчас среди мэров в Кузбассе примерно половина — мужчины на пороге кризиса среднего возраста. И политическая карьера говорит, что у них есть амбиции и желание власти, ведь без этих качеств в такой сфере делать нечего.

К примеру, «очень пунктуальный» Константин Коробкин возглавил Калтан в 43 года. Губернатор Илья Середюк, который и предложил ему выдвинуться на пост, подмечал, что он «молодой, легкий на подъем и энергичный человек».

Киселевском управляет 38-летний Кирилл Балаганский, который любит большие охваты в соцсетях настолько, что подходит к этому вопросу с максимальной прямотой и целеустремленностью.

Логично, когда человек дорос до поста министра или замгубернатора, назвать его скромным и незаметным было бы странно. Поэтому неудивительно, что в областном правительстве мужчин от 30 до 49 лет в достатке. Например, Андрей Тарасов возглавил здравоохранение в 43 года, Денис Ведягин стал министром спорта в 45 лет, Андрею Брижаку, который курирует сферу угольной промышленности, — 47 лет, а Антону Пятовскому, что отвечает за вопросы образования, — 46 лет.

Может показаться, что к коррупции склонны только мужчины, и это, согласно данным Генпрокуратуры, так и есть. Чаще всего слабый пол является посредником при передаче взяток, а если и берет где-то деньги из казны, то в большинстве случаев это сотрудницы сферы образования: преподаватели, учителя и прочие.

Но в будущем эта парадигма может измениться. Ведомство отмечает, что в последние годы женщины всё чаще стали попадаться на взятках, коррупции и откатах. И действительно, громких коррупционных дел, фигурантами в которых становятся дамы, не так уж и много. На память приходят только Ольга Феофанова — экс-министр культуры региона, замдиректора филармонии Наталья Струкова, да бывшая сотрудница Минлесхоза Ольга Зуева, попавшаяся на получении денег от нелегальных расхитителей природных богатств региона.