Рубить или не рубить: кто на самом деле спасет кемеровский Рудничный бор?

Новая версия закона о защите Рудничного бора в Кемерове вступила в силу. Теперь реликтовый лес в центре города поделен на зоны покоя, прогулочную и рекреационную. Каждая из них выполняет свою функцию, но главное, теперь на территории можно вырубать сорняковые деревья и заниматься благоустройством.

Власти настаивают, что так лес спасут от вырождения, но городские экоактивисты заявляют обратное: соснам нанесут непоправимый вред. Общественники пригласили корреспондента NGS42.RU на лесную прогулку, где наглядно объяснили, что не так с введенным планом по возрождению бора.

По словам биолога Ирины Тарасовой, те 10 лет, когда бор был практически полностью предоставлен самому себе, пошли экосистеме только на пользу. Сейчас он находится в удовлетворительном состоянии.

— Умирающим считается лес, в котором повреждено более 70% деревьев. Здесь этого не происходит, почти у всех сосен крона зеленая. А кора повреждена у растений, которые находятся вдоль троп, то есть это следы человеческой деятельности: снегоходы повреждают, когда лыжные трассы делают, люди делают зарубки и так далее. Если пройти вглубь от троп, то поврежденных стволов намного меньше, — объясняет эколог.

В центре леса, подальше от благоустройства, спортивной школы и основных мест прогулок, действительно меньше того самого ясенелистного клена, который служит поводом для организации вырубок.

С другой стороны бора, ближе к склону и кресту, совсем другой подлесок: здесь меньше зарослей малины, крапивы и репейника, зато больше боярышника, рябины, кислицы, ветреницы и хохлатки. Растут несколько видов папоротников, что, по мнению биолога, говорит о здоровом биогеоценозе.

— Сорняки — это же тоже последствия влияния человека. Вот пример: таежные растения, которые свидетельствуют о благополучии леса, любят рыхлую почву, какой она и должна быть в естественных условиях. Вдоль троп, если проходит множество людей, земля уплотняется. Естественный подлесок тут расти не сможет, а вот крапиве, лопухам всё равно, они и заполняют это пространство, — объясняет эксперт.

Экоактивисты указывают, что если поток людей в бору увеличится — а это непременно произойдет, когда бор станут развивать как зону отдыха, — то увеличится и количество сорняков, а значит, и потребности в вырубке.

— У того же клена корневая система разрастается широко. Мэрия говорит, что его нужно вырубать. Хорошо, но если корни оставить в земле, он легко восстановится и разрастется еще шире. Получается, власти хотят здесь половину леса перекорчевать? Вы представляете себе последствия такого нарушения почвы? — спрашивает эколог Светлана Ширяева.

Кроме того, горожане беспокоятся, что расширение сети уже существующих троп, установка скульптур, скамеек и других построек, которые есть в планах мэрии, нарушат кору еще большего количества деревьев.

Биолог Ирина Тарасова объясняет: чтобы понять, насколько близка сосна к гибели, нужно обратить внимание на крону. Если желтой хвои немного, значит, дерево еще держится за жизнь, хоть на коре и присутствуют повреждения. После часовой прогулки по лесу нам удалось найти только единичные сосны с сухой или пожелтевшей кроной.

При этом больше желтой хвои встретилось на обрывистом берегу вдоль Томи. По мнению экологов, это оттого, что зеленый барьер принимает на себя вредное воздействие атмосферы города, а здесь проходит первая линия столкновения. Не зря Рудничный бор называют кемеровскими легкими.

Один из аргументов, который приводит биолог Андрей Куприянов, ученый, выступающий за новую редакцию закона о статусе Рудничного бора, — сосновый лес не воспроизводится, сорняки душат молодняк. Однако подрост найти в бору удалось. Причем обнаруженная группа молодых сосен явно появилась сама из шишек, а не была посажена активистами: деревья в ней разновозрастные.

Молодые деревья появляются на опушке леса, там, где больше солнечного света. В глубине леса подростки встречаются намного реже: чтобы они проросли, должна умереть старая сосна и освободить место, а это нечастое событие.

Тем не менее молодняк на солнечной окраине говорит о том, что всхожесть у шишек хорошая, а сосновый лес готов захватывать новые территории, значит, он жизнеспособен.

Чтобы посчитать возраст сосны, нужно сосчитать ярусы веток, а затем прибавить три: первые три года росток ответвлений не дает.

На территории бора не так давно были обнаружены насаждения карликовых ирисов (касатиков). Эти цветы находятся под угрозой вымирания и занесены в Красную книгу. Цветут они только в июне, а в остальное время это малозаметная травка. Ирисы очень чувствительны к воздействию на почву, если поток людей вырастет, они просто исчезнут, уверяют активисты.

Найти общий знаменатель между активистами и мэрией непросто. Однако, как уверяют борцы за бор, они вовсе не возражают против лесохозяйствования и наведения порядка в лесу.

— Безусловно, бору нужна охрана. Здесь постоянно делают закладки наркоманы. Эти ямы, кстати, тоже влияют на корни. Здесь запрещено разжигать огонь, но всё равно некоторые люди это делают. Но кто сейчас мешает охранять бор? Нужны посты охраны, мы не против, — говорят общественники.

По словам экоактивистов, они согласны с тем, что в существовавшее положение о защите бора можно было внести необходимые изменения: установить охрану, усилить противопожарный контроль, убирать территорию от мусора. Но непонятно, почему в комплекте с заботой о лесе обязательным довеском идет строительство скульптур, троп и увеличение антропогенной нагрузки.

Сейчас экологи настаивают, чтобы в бору провели дополнительные исследования, рассчитали рекреационную нагрузку, привлекли больше независимых ученых-экспертов и разработали регламент лесохозяйствования. И только после этого приняли новое, оберегающее природу решение. Главным приоритетом должно быть сохранение естественного ландшафта реликтовой территории. А действуя из благих побуждений, но рубя с плеча, не разобравшись, можно только наломать сосновых дров.

В конце июля NGS42.RU проводил опрос, в котором спрашивал у читателей, что нужно сделать с бором?

Общественники ранее заявляли, что экологи со стороны властей подменяют факты о состоянии бора, когда говорят, что ему осталось существовать около 30 лет.