
В Прокопьевске жители тонут в угольной пыли, а в Белове — в грунтовых водах
Дефицит бюджета, тонущий в грунтовых водах город и чиновники, которые вместо того, чтобы бороться с проблемой, наказывают за слишком громкое заявление о ней. Таковы главные новости этой недели в Кузбассе, о которых более подробно рассказываем в еженедельном дайджесте NGS42.RU
Готовимся затягивать пояса
Бюджет Кемеровской области потерял 100 миллиардов рублей из-за кризиса в угольной отрасли, так как именно она была основным источником налоговых поступлений на протяжении многих десятилетий. Так, в успешном для сферы 2022 году в казну поступило 140 миллиардов рублей налога на прибыль от предприятий, а уже в 2024-м этот вид налога упал до 43,3 миллиардов.
Наглядно оценить масштабы проблемы можно, посмотрев на общую прибыль 10 крупнейших угольных компаний Кузбасса. За два года она упала с 200 миллиардов рублей до чуть более 13 миллиардов. Половина же из них и вовсе стала убыточной и налог на прибыль не платила.

И вот на днях власти представили проект бюджета Кузбасса на 2026 год: доходы заложены на уровне 198,3 миллиардов рублей, а расходы — 215,2 миллиардов. Дефицит казны составит почти 17 миллиардов рублей.
В прошлом году нехватку бюджета изначально планировали в 16,3 миллиардов рублей, а по состоянию на октябрь она оказалась равна 22,8. Насколько больше предполагаемой окажется финансовая дыра в следующем году, покажет время, но что всем, а особенно бюджетникам, придется затянуть пояса потуже — очевидный факт.
Между тем, учителям не жить на широкую ногу не привыкать. В интервью министр образования Кемеровской области Софья Балакирева рассказала, что средняя зарплата учителя в регионе — около 70 тысяч тысяч рублей. Мы запустили опрос, чтобы выяснить у педагогов их мнение на этот счет, и оказалось, что большинство получает только от 30 до 40 тысяч рублей.
За варианты «от 50 тысяч рублей» и «от 100 тысяч рублей» проголосовали всего 47 и семь человек соответственно.
Рожаем подешевле
Научился экономии и КОМИАЦ. Информационно-аналитический центр еще летом объявлял аукцион — нужно было создать контент на пропаганду родов среди взрослых, студентов и даже школьников: плакаты, видеоролики, листовки с воодушевляющими призывами и всякое такое. Заплатить за такую красоту из федерального бюджета были готовы аж 67 миллионов рублей. Однако, хотелки удалось поумерить — закупка сократилась в четыре раза, и уже нашелся подрядчик, который нарисует и снимет все за 16 миллионов.
Контракт должны исполнить до декабря, поэтому уже вот-вот всё вокруг нас запестрит лозунгами: «Мама, хочу родиться!», «Конечно, рожаю!» и «Мама, у нас получилось!». По плану под таким напором жительницы Кузбасса не смогут устоять и уже в следующем году заполонят женские консультации и родильные дома.

Коляски теперь можно будет взять попользоваться и вернуть
Но и на этом фонтан креативных идей по повышению рождаемости не иссяк: в регионе уже с декабря вводят прокат предметов первой необходимости для младенцев. Многодетные, бедные и студенческие семьи, а также мамы-одиночки смогут бесплатно взять попользоваться коляской, кроваткой, пеленальным столиком или манежем.
Правда, в инициативе не сказано, что будет с теми, на ком оборудование по увеличению рождаемости сломается. Придется ли платить за б/у коляску ее полную стоимость?
Театр абсурда по-кузбасски
На этой неделе мы рассказывали, как фельдшер с 30-летним стажем на протяжении пяти последних лет не может устроиться работать в скорую помощь Гурьевска. Когда-то мужчина поссорился с руководством больницы, возражая против уменьшения зарплат сотрудникам, и с тех пор ему на каждое заявление о приеме на работу отвечают, что в штате нет мест.

Работе на скорой житель Гурьевска отдал 30 лет
Остается только порадоваться за Гурьевский муниципальный округ: во всем остальном регионе дефицит медиков доходит до 30%, а в этой обетованной земле их просто девать некуда.
А вот в Кемерове со скорой проблема совсем иная — здесь не хватает аппаратов КТ. В больнице в Кировском районе оборудование вышло из строя еще два года назад, починить стоит 19,5 миллионов рублей (всего на 3 млн больше, чем уже потратили на популяризацию родов), а потому каждый день пациентов с инсультами и другими неврологическими проблемами бригады возят через весь город в центр ради обследований. Тряска многим из больных не показана, но деваться некуда, нужно транспортировать.
Но самая сюрреалистичная ситуация происходит в Белове. Дома жителей топят то ли грунтовые воды, то ли насквозь прогнивший трубопровод (это доподлинно выяснить власти так и не смогли). Тем не менее, жители 1,5 тысяч домов каждый день откачивают жидкость из подвалов и беспомощно смотрят, как их жилища превращаются в руины.
Одна из горожанок в отчаянье не впадает и запускает в подаренный судьбой и бездействием властей подпольный аквариум 11 милых карпов, ведет телеграм-канал о подсобном рыбоводстве и привлекает к проблеме внимание всей страны.
Чем же отвечают на это городские управители? Удваивают усилия по решению проблемы? Расселяют горожан из аварийного и сырого жилья перед приходом холодов? Не угадали. Они жалуются на хозяйку подвальных рыбок в Росприроднадзор, Россельхознадзор и даже Роспотребнадзор. Сразу несколько ведомств должны отучить Любовь так громко заявлять о своей беде.

У жителей Прокопьевска буквально земля уходит из-под ног
В бедствии другого рода живут прокопчане. Моногород выживает благодаря работе шахт и разрезов. Сейчас, во время угольного кризиса, экономические выгоды от соседства с забоем ушли, а экологические последствия остались. Корреспондент NGS42.RU съездила в город, где дома тонут в черной пыли от угольных отвалов, и привезла оттуда честный и пронзительный репортаж. Она узнала у местных жителей, почему, несмотря ни на что, они выбирают оставаться на этой земле.
От котельных до кутюра
Умению переставить экономику на новые рельсы, невзирая на кризисы, Кузбасс мог бы поучиться у одной из своих жительниц. Кемеровчанка Наталья Карацупина строила котельные по всей России и была успешным инженером, но, родив трех детей, развернула свою жизнь на 180°. Забросив чертежи, она начала создавать уникальную одежду из войлока. Теперь ее платья стоят десятки тысяч рублей, а ее имя звучит среди самых топовых модельеров России. Как ей это удалось и что ее вдохновляет, а также увидеть ее работы вы можете в нашем материале.



